Соиздатель и дистрибьютор ООН и других междуна­родных организаций
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.

Предисловие - Падение Берлинской стены: до и после. Россияне о внешнеполитических процессах прошлого и настоящего

За последние двадцать лет массовые социологические опросы прочно вошли в политическую культуру российского общества, а результаты этих опросов стали одним из общественно востребованных видов массовой информации. Речь идет не только об идеологических и избирательных кампаниях, для которых социологические опросы — практически незаменимый инструмент измерения эффективности. Сегодня любое общезначимое событие в стране становится объектом «проверки» на реакцию общественного мнения, средством публичного доказательства того, что в действительности думают о нем широкие слои населения.

Вместе с тем кажется не очень правильным, что аналитики различных состояний массового сознания чаще всего свои вопросы связывают с сугубо внутрироссийской ситуацией. Редко когда проблематика внешней политики России, история и характер отношений нашей страны с другими странами становятся предметом не только экспертных, но и репрезентативных массовых опросов.

Что это? Упущение политиков, социологов? Или в этом проявляется недооценка самой способности широкого общественного мнения судить о явлениях и процессах, выходящих за границы своего Отечества?

Если верно последнее замечание, то оно базируется на исходно ложных предпосылках. Даже редкие социологические зондажи общественного мнения по отдельным, как правило, событийным, международным вопросам показывают способность наших сограждан весьма взвешенно и объективно оценивать и толковать проблемы европейского и мирового масштаба. Но дело не всегда в этом. Как известно, отношения между странами зависят не только от усилий политиков, но и от того, как люди в повседневной жизни воспринимают друг друга, и каков в их сознании образ той или иной нации. В свою очередь, представления о других оказываются частью собственного национального самосознания, «ибо „мы“ — данная нация — обнаруживаем свое бытие прежде всего в отношении к „ним“, к „другим“. И то, как „нас“ воспринимают „другие“, оказывается одним из важных моментов для нашего собственного мироощущения» [1].

Поэтому внешнеполитический менталитет, как справедливо отмечает С. Чугров, не менее важен, нежели внутриполитический, поскольку позиционирование нации по отношению к внешнему миру имеет решающее значение для ее самоидентификации и формирования системы ценностных ориентаций, т. е. для основ национального бытия. Объединяя в себе чувственное, подсознательное отношение людей к определенным элементам мироустройства, он помогает осознать своеобразие восприятия и оценки нацией внешнеполитических процессов, оказывается необходимым для обеспечения ее единства и ощущения ею своей целостности на основе общих ценностей, норм и стандартов поведения, стереотипов сознания [2].

В этом авторы настоящего доклада убедились еще в 1995 г., когда в программу одного из текущих общероссийских социологических исследований включили специальный блок вопросов по международной проблематике. Тогда результаты исследования показали, насколько сильно распад СССР и начало рыночных преобразований в новой России вызвали ломку старых ценностей и стереотипов массового сознания россиян, привели к переосмыслению многих ранее бытовавших взглядов на окружающий мир, в том числе и взглядов на отношение к другим государствам и нациям. Именно в эти годы, по мнению многих специалистов, начала ощущаться потребность в таком внешнеполитическом механизме, который включал бы в осуществление внешней политики не только элитные группы, но и все население [3].

Активную включенность массового сознания в международную проблематику, живой интерес и весьма добротные (по меркам специалистов) оценки, связанные с явлениями и процессами, происходящими во внешнеполитическом пространстве, продемонстрировали и результаты опроса «Что думают россияне о Германии и немцах?», проведенного в 1996 г. В частности, они показали, что преобладающая часть россиян ориентируется на приоритетное развитие отношений России с развитыми странами Запада, а наиболее ценным для России зарубежным опытом создания рыночной экономики демократического правового государства наши сограждане считают опыт ФРГ, Японии, США. Выяснилось также, что россияне в большинстве своем положительно оценивают достигнутый уровень межгосударственных отношений России и Германии и с оптимизмом смотрят на их перспективу. Что же касается имеющихся во взаимоотношениях наших стран противоречий и проблем, то российское общественное мнение не отнесло их к числу неразрешимых [4].

Практика показывает, что внешнеполитический менталитет действительно можно рассматривать применительно к нации в целом, но, кроме того, заслуживает отдельного анализа менталитет политического класса и академического экспертного сообщества, принимая во внимание «сложное соотношение культуры специалистов и культуры повседневной жизни» [5].

Это доказал наш опыт 2001 г., когда по однотипной методике были проведены два опроса. В первом случае его участниками стали политики, представители экспертного сообщества (депутаты Государственной Думы, члены Совета Федерации, ответственные сотрудники внешнеполитических ведомств, специалисты-международники институтов РАН и др.). В другом же массовом опросе, проведенном по общероссийской репрезентативной выборке, участвовали рядовые граждане, представлявшие все основные социально-профессиональные группы и регионы страны.

Сопоставление мнений публики избранной и публики массовой принесло немало неожиданностей. В частности, неожиданным было то, что по многим вопросам внутриполитической жизни страны мнения экспертов и населения заметно расходились, в то время как по внешнеполитической тематике таких расхождений было значительно меньше. Достаточно сказать, что отнюдь не по частным, а по таким ключевым вопросам, как причины подрыва авторитета России на международной арене; перспективы отношений России и США; оценка угроз для России в связи с планами американской администрации по размещению новой системы ПРО, умозаключения «низов» и «верхов» оказались не просто близкими, а во многих случаях практически совпали.

В 2002 г. в сотрудничестве с представительством Фонда им. Фридриха Эберта в Российской Федерации был осуществлен очередной проект, связанный с изучением общественного мнения россиян по широкому кругу внешнеполитических вопросов. Речь идет о всероссийском социологическом исследовании «Европа и Германия глазами россиян». Реализация программы исследования предусматривала выяснение того, как россияне оценивают внешнеполитический курс страны, который реализуют Президент России В. Путин и его администрация, выявление состояния общественного мнения наших сограждан о направлениях и формах российско-европейского сотрудничества, получение реалистичной картины о том, что думают россияне в данный период о Германии и немцах.

Еще одно исследование по аналогичной проблематике ИС РАН в сотрудничестве с представительством Фонда имени Ф. Эберта в Российской Федерации провел в сентябре 2009 г. — его результаты и легли в основу этой книги. По репрезентативной общероссийской выборке во всех территориально-экономических районах страны (согласно районированию, принятому Росстатом) было опрошено 1750 респондентов, представляющих 11 социальных групп населения: рабочих предприятий, шахт и строек; инженерно-техническую интеллигенцию; гуманитарную интеллигенцию (преподаватели вузов, учителя школ, ученые); работников торговли, сферы бытовых услуг, транспорта и связи; служащих, предпринимателей малого и среднего бизнеса; военнослужащих и сотрудников МВД; жителей сел и деревень; городских пенсионеров; студентов вузов; безработных. Опрос проводился в 58 поселениях, пропорционально населению мегаполисов, областных центров, районных городов и сел.

Поскольку на 2009 г. приходятся важные памятные даты мировой политики и российско-германских отношений, то именно они и задали тон данному исследованию. Среди ключевых вопросов, предложенных респондентам, были следующие:

  • Кто из россиян резко критикует, а кто поддерживает пакт «Молотов — Риббентроп» (1939)?
  • Кого обвиняет российское общественное мнение в развязывании Второй мировой войны?
  • Как выглядит объединение Германии и какова роль в этом перестройки М. Горбачева в оценках россиян?
  • Как оценивают россияне изменения во внешней политике постсоветской России?
  • Какие внешнеполитические цели страны наши сограждане считают приоритетными, а какие интеграционные проекты — перспективными?
  • Меняется ли образ Европы в представлениях российских граждан?
  • Что означают Россия и Германия в контексте отношений России и Европы?
  • Русские и немцы: что нас объединяет, а что разъединяет?

Для проведения сравнительного анализа использовались результаты нынешнего исследования и тех исследований, которые были проведены в период 1996–2009 гг.

Книга подготовлена рабочей группой ИС РАН в составе: членкорр. РАН М. К. Горшков (руководитель, концепция, программа и инструментарий исследования, предисловие, заключение, общая редакция), В. В. Петухов (соруководитель, концепция и инструментарий исследования, разделы 1, 2), А. Л. Андреев (раздел 3), Р. В. Бараш (раздел 5), Л. Г. Бызов (разделы 1, 2), Е. И. Пахомова (раздел 5), Н. Н. Седова (раздел 4). В книге также использованы материалы А. Г. Здравомыслова (раздел 5).

В роли научного консультанта выступил глава представительства Фонда имени Ф. Эберта в Российской Федерации доктор Р. Крумм.

1. См.: Релятивистская теория нации: Новый подход к исследованию этнополитической динамики России./ Отв. ред. А. Г. Здравомыслов. М., 1998. С. 188–193.

2. См.: Чугров С. Понятие внешнеполитического менталитета и методология его изучения // Полис. 2007. № 4. С. 57.

3. См.: Косолапов Н. «Становление субъекта российской внешней политики» // Pro et Contra. Зима-весна 2001. № 1–2. С. 11.

4. См.: Россия на рубеже веков. М., Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), Российский независимый институт социальных и национальных проблем (РНИСиНП), 2000. С. 87.

5. См.: Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. М., Весь Мир, 2003. С. 351.