Соиздатель и дистрибьютор ООН и других междуна­родных организаций
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.
Летние скидки

Вместо заключения - Теоретические проблемы актуальной этнополитики в России: Этносоциология модернизации современной России

Одним из наиболее устоявшихся стереотипов публикации научных исследований является едва ли не обязательное суммирование в заключительном разделе положений и выводов, составляющих, по мнению автора, суть проделанной им работы. Не секрет, что это чрезвычайно экономит время и силы читателя, которому будет достаточно пролистать введение и заключение, сравнить задачи с выводами, ну, может быть, для приличия заглянуть одним глазком в библиографию, чтобы потом никогда не открывать книгу, уже имея свое представление о ней.

Нам хотелось бы уклониться от следования такому стереотипу. Конечно, не для того, чтобы заставить потенциального читателя более тщательно ознакомиться с содержанием всей монографии, и уж, само собой разумеется, не для того, чтобы хоть чем-то выделиться из общего ряда.

Наверное, главная причина нашего отказа от традиционной формы заключения — это понимание, что подобное суммирование выводов является своего рода косвенным признанием завершенности текста, а значит, и стоящего за ним движения научной мысли. Но до этого, к счастью, еще далеко. По сути, для самого автора завершение данного текста в очередной раз подтвердило справедливость утверждения, согласно которому «горизонт удаляется синхронно приближению к нему».

В социологии, как, впрочем, и в любой отрасли социального знания, неизбывный конфликт теории и практики отражает, по сути, конфликт внутри самого исследователя, «разрывающегося между небом и землей». Любому ученому знаком старый парадокс, возникший, наверное, в одно время с первыми попытками человека посмотреть на мир «научным взором»: любая, даже самая сложная, теоретическая конструкция на самом деле направлена на упрощение реальности.

По мере того как работа над этим текстом близилась к концу, все острее становилось ощущение, что пришлось идти дорогой, которая непрерывно разветвляется, причем по обе стороны от нее расходятся другие дорожки (или дороги?) и тропинки. И приходилось волевым усилием заставлять себя не сворачивать в сторону, убеждать, уговаривать: еще успею, пройду по ним потом...

И сейчас, когда все-таки удалось поставить точку в конце основного текста, во сто крат яснее, чем в начале работы, понимаешь, что это не точка и даже не многоточие... Это возможность сесть и хорошенько подумать, перебирая в памяти те дороги, дорожки и тропинки, на которые так и не свернул.

И невольно приходит на ум фраза П. Фейерабенда: "Не только описание каждого отдельного факта зависит от некоторой теории (которая, разумеется, может весьма отличаться от проверяемой), но существуют также такие факты, которые вообще нельзя обнаружить без помощи альтернатив проверяемой теории и которые сразу же оказываются недоступными, как только мы исключаем альтернативы из рассмотрения«[1].

Поэтому весьма вероятно, что после эмпирической проверки сформулированной в этой монографии гипотезы, а может, и параллельно с ней (работа уже началась) придется вновь погрузиться в «теоретические дебри», отыскивая ту заветную тропинку, на которую ты когда-то не свернул. Возможно, что совершенно напрасно... И еще одна важная для адекватного понимания нашей позиции мысль.

Автор прекрасно понимает, что к предложенной им модели управления социокультурной интеграцией общества (и особенно к попытке использовать таковую для объяснения столь неоднозначной и во многих аспектах болезненной для современной России проблемы, как межэтнические отношения) можно предъявить те или иные претензии. Среди них, вполне возможно, прозвучит и упрек в «излишнем теоретизировании», что неявно подразумевает другой — в «отрыве от реальности».

Не будем лишний раз ссылаться на мнения авторитетов, убедительно объяснявших сложность взаимоотношений теории и практики, хотя бы в духе известной цитаты из И.-В. Гёте.

Скажем о своем понимании того, «из какого сора» растут теории. Во введении к монографии было вскользь упомянуто, что обращение автора к научному поиску в области межнациональных (или — что нам сейчас кажется более точным — межэтнокультурных) отношений как раз «произросло» из самой что ни на есть реальной практики.

Практика взаимоотношений между представителями разных этносов на территории Уральского федерального округа, наблюдаемая нами в процессе работы региональной общественной ассоциации «Большой Кавказ», еще раз продемонстрировала, что эмпирический путь регулирования межнациональных отношений вряд ли можно считать в достаточной степени надежным.

Образно говоря, постоянно присутствовало ощущение неких невидимых стен, на которые натыкалась не только собственная деятельность, но и усилия коллег. И как, наверное, защитная реакция разума, не пожелавшего в «информационный век» мириться с «нерациональностью сущего», проявилось вынесенное еще из студенческих лет представление о том, что где-то есть некое сокровенное знание, которое позволит, наконец, выйти за пределы чисто интуитивных реакций на конкретные ситуации.

Конечно, в движении «от практики к теории» нет ничего оригинального — это нормальный путь познания человеческим разумом окружающего мира. Проблема в том, что стоит только углубиться в тома социологических, культурологических, философских, исторических и прочих текстов, как становится ясно: искомое «сокровенное знание» рассыпается при ближайшем рассмотрении на множество «зеркал», едва ли не в каждом из которых отражается что-то совсем непохожее на то, что видишь сам, с чем постоянно сталкиваешься в своей повседневной, во многом культуртрегерской работе.

По сути, появление данной монографии, суммирующей несколько лет размышлений, чтение книг разных авторов, терминология и стиль мышления которых, нельзя не признать, не всегда «давались» с первого раза, а также долгие беседы с коллегами как по практической работе, так и по научной деятельности — это попытка найти свое собственное «теоретическое зеркало».

Дело не в претенциозности авторской позиции, а в понимании простого факта, что теория — это только инструмент, но такой инструмент, который должен быть «по руке» тому, кто им пользуется. Общение с людьми, практически решающими те же вопросы, убеждает в том, что многое из вышеизложенного близко и понятно им. И значит, позволительно будет предположить, что в данных теоретических изысканиях отразился не только личный опыт, но также знания и размышления некоторых из множества граждан нашей страны, которые и должны, по нашему глубокому убеждению, стать частью интеллектуальной элиты, способной обеспечить формирование устойчивого подвижного равновесия нормативно-ценностных «центра» и «периферии» новой России.

Примечания

1. Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки / Пер. с англ. и нем. — М., 1986. — С. 170.

Другие главы из этой книги
  • «Социология, при условии, что ею занимаются надлежащим образом, в некотором отношении всегда обречена оставаться наукой, вносящей сумятицу в умы». Энтони Гидденс Время — если измерять его событиями, а не оторванными листками календаря — способно...
  • After Soviet Union collapsed the Russian society entered the period of deep system transformation. If we look at contemporary Russia through the prism of world development trends the country appeared to be one of transition states moving towards a new civilization...