Соиздатель и дистрибьютор ООН и других междуна­родных организаций
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.
«День Финляндии» на Флаконе

От автора - Поворот к Азии. Российская внешняя политика на рубеже веков и ее активизация на восточном направлении

Споры о том, принадлежит Россия к Европе или к Азии, идут уже не одно столетие.

В самой России мнения менялись в зависимости от эпох и политических пристрастий. Христианство было взято из Византии как наиболее передового и геополитически близкого к Руси центра мировой цивилизации того времени. Вопрос о делении на Европу и Азию тогда, до раскола христианской церкви, еще не стоял — цивилизация представлялась единой. Со времен Петра I, «прорубившего» «окно в Европу», в течение всего XVIII века Россия официально считалась частью Европы. Эта идея была даже зафиксирована Екатериной II в «Наказе комиссии о сочинении проекта нового уложения», в котором она заявила: «Россия есть европейская держава» [1]. Императрица, разумеется, имела в виду не географию. Подчеркивая связь страны со всем европейским, она хотела показать просвещенный характер своего правления и то, что ее страна — составная часть цивилизованного мира, движущегося по пути прогресса.

В XIX веке правительство Николая I выдвинуло новую официальную концепцию, согласно которой Россия объявлялась не европейской страной, а особой державой, основанной на известном триединстве графа Уварова («православие, самодержавие, народность») и свободной от борьбы между классами и сословиями. Эта теория была призвана дать идеологическое обоснование важнейшей цели политики императора — оградить страну от распространения революционных веяний из Европы и тем самым сохранить в неизменности существующую общественную систему. В обществе же распространились различные взгляды: западники призывали последовательно строить жизнь по европейскому образцу, а славянофилы критиковали правительство за то, что самобытность все более приобретала официально-бюрократический, государственнический характер, и не учитывались исконно русские или, точнее, славянские традиции самоуправления.

Споры эти продолжились и в советское время, хотя и приобрели специфические марксистские формы. Теория так называемого «азиатского способа производства» подразумевала принадлежность России к Азии, а наиболее ортодоксальные идеологи утверждали, что СССР идет по общему пути развития человечества, но движется с опережением, показывая дорогу остальным. В то же время в среде эмиграции была выдвинута популярная и ныне теория «евразийства», утверждавшая самобытность российской цивилизации как преемницы неких «туранских» (неславянских) народов Евразии: тюрок, угро-финнов, монголов и др. Она была порождена разочарованием в «разложившейся» Европе и попытками объяснить, а иногда и оправдать правление явно «неевропейского» большевистского режима в России.

После распада СССР вопрос взаимодействия с Азией из теоретического стал превращаться во все более практический. Рост азиатских экономик и геополитического значения АТР вызвал уже в последние советские годы целую волну экспертных рекомендаций: странам Азии необходимо уделять гораздо бóльшее внимание. Они оказали определенное влияние и на руководство, что выразилось, в частности, в одобрении курса на нормализацию отношений с Китаем. Но апогеем советского поворота к Азии стала знаменитая речь М. С. Горбачева во Владивостоке в июле 1986 года, в которой советский лидер впервые дал подробную характеристику ситуации в АТР и сформулировал задачу формирования там всеобъемлющей системы безопасности. Эта речь отчасти сыграла тогда свою роль, и некоторые меры в рамках нового курса тогда были осуществлены: открыт для международного сотрудничества ранее «закрытый» Владивосток, сняты противоречия, препятствовавшие завершению нормализации отношений с Китаем. Однако многое не было выполнено: помешали и непоследовательность советского лидера, и бурные события внутриполитической жизни.

Особенно слабым звеном советского подхода к Азии в практической плоскости являлось недостаточное внимание к развитию собственных азиатских территорий. Если Средней Азии в рамках идеологии ускоренного «подъема братских республик» выделялись значительные средства, то форсированное развитие собственно российских Сибири и Дальнего Востока не рассматривалось в качестве важнейшей стратегической цели.

В отличие от П. А. Столыпина, который видел геополитическую необходимость подъема Сибири и считал эту задачу ключевой для будущего страны, советские лидеры подходили к региону инструментально. В сталинское время экономическое освоение Сибири и Дальнего Востока шло в основном за счет развития тут системы лагерей; Н. С. Хрущев решил развивать здесь научные центры. В 70–80-е годы прошлого века создание новых производств и социальной инфраструктуры стало следствием обострения отношений с КНР и шло прежде всего за счет возведения мощных военных объектов и их обслуживания. Даже строительство знаменитой Байкало-Амурской железнодорожной магистрали имело приоритетное военное значение: постройкой БАМа создавался дублер знаменитого Транссиба, слишком близко расположенного к китайской границе. В то же время сама граница с соседними странами оставалась «на замке», и эта закрытость не позволяла СССР активно интегрироваться в растущую экономику стран АТР.

После распада СССР Россия, утратив ряд западных территорий, которые исторически входили в ее состав, объективно стала еще ближе к Азии, географически как бы сдвинулась в ее сторону. Сегодня, хотя бóльшая часть населения страны живет в европейской части, в Азии лежит две трети территории России. Однако, согласно опросам общественного мнения, ее жители, даже с побережья Тихого океана и китайской границы, ощущают себя европейцами. Большинство россиян — действительно европейцы, которых судьба и история забросили на азиатский континент. Но раз забросили, нужно делать выводы. Не в смысле экзотических евразийских теорий об азиатской сущности россиян, а в том смысле, что от отношений с азиатскими соседями, от подхода к ним во многом зависит будущее страны.

Россияне не первые, кто столкнулся с необходимостью пройти подобный путь изменения чисто европейского сознания. Ранее его пришлось проделать целому ряду стран и народов: еще в XIX веке бывшие испанцы, попавшие в Латинскую Америку, должны были свыкнуться с тем, что они сами и их жизнь принадлежат этому континенту; в ХХ веке белому южноафриканскому меньшинству надо было привыкать к тому, что их страна находится на африканском континенте со всеми его проблемами, а австралийцам и новозеландцам — к тому, что их страны далеко от Европы и гораздо ближе к Азии, с государствами которой необходимо наладить основное экономическое сотрудничество.

Подобное изменение сознания вовсе не означало отказа от основных «европейских ценностей», таких, скажем, как демократия и права человека, и не навязывало культурной или военно-политической переориентации с Запада на Восток, но подразумевало как минимум признание необходимости быть не активным членом западного клуба, а скорее представлять «западные» ценности на других континентах, способствовать их распространению, одновременно экономически интегрируясь в свои регионы.

Продолжающийся рост азиатских экономик и сдвиг центра мировой экономической жизни в АТР окончательно делает задачу развития отношений с азиатскими партнерами насущной практической необходимостью. Особенное значение для России имеют здесь Центральная, Восточная и Южная Азия.

Народы Центральной Азии, в течение длительного времени жившие с нами в одной стране, стали нам братьями: они во многом принадлежат с россиянами к одной, постсоветской культуре, со всеми ее плюсами и минусами, хотя, конечно, являются одновременно наследниками собственной уникальной и древней цивилизации. Государства Центральной Азии — участники или потенциальные участники евразийской интеграции, которую активно продвигает Россия. Они — наши партнеры по различным международным организациям, среди которых большой интерес представляет Шанхайская организация сотрудничества, так как включает еще и великий Китай. Как и нас, их крайне беспокоит ситуация в Афганистане, откуда исходят основные угрозы и их, и нашей безопасности.

Восточная Азия — динамично развивающийся регион, куда смещаются основные экономические и политические интересы всего мира, в том числе и России. Рост Китая, с 2010 года ставшего первым торговым партнером России, не только создает большие возможности, но и представляет собой определенный вызов. Активно развивается торгово-экономическое сотрудничество России с Японией и Южной Кореей. Важнейшей проблемой для России, в особенности для ее азиатских территорий, является нуклеаризация Корейского полуострова, грозящая ядерной катастрофой. Активизируется, хотя и медленно, Россия и в отношении государств АСЕАН.

Наконец, Южная Азия — важнейший для России регион, потенциал развития сотрудничества с которым еще далеко не раскрыт. Россия интенсивно развивает политические отношения со своим традиционным геополитическим партнером — Индией — как на двусторонней основе, так и в рамках таких групп, как РИК и БРИКС, однако экономическое сотрудничество растет медленно. А между тем быстро развивающаяся миллиардная Индия — уникальный и независимый центр мировой политики, отношения с которым крайне важны для России как страны, желающей, наконец, обрести свой, самостоятельный путь и не клониться к другим полюсам, в частности, к США или Китаю с их сложными двусторонними отношениями. Другие государства региона также важны для решения задач российской внешней политики: Пакистан способен сыграть ключевую роль в афганском урегулировании, Шри-Ланка проявляет интерес к сотрудничеству по линии борьбы с терроризмом и даже получила статус партнера по диалогу в ШОС, Бангладеш — крупное по населению государство с быстро растущей экономикой — обладает значительным потенциалом для налаживания перспективного торгово-экономического сотрудничества.

Понимая жизненную необходимость развития отношений с азиатскими соседями, руководство новой России, после нескольких лет бесперспективных попыток стать частью «цивилизованного Запада», осуществлявшихся в начале 90-х годов ХХ века, стало постепенно поворачиваться к Азии. В чем суть этого поворота? Его символом можно считать старый герб нового государства: двуглавый орел, одна голова которого, по словам российских руководителей, обращена на Запад, а другая — на Восток.

Это означает, что активизация на азиатском направлении не должна рассматриваться как альтернатива сотрудничеству с Западом, прежде всего — с Европой, с которой во многом связана российская история, предпочтения ее населения, политические, торгово-экономические, культурные интересы. В более утилитарном смысле взаимодействие с государствами широко понимаемого Запада, где все еще сосредоточены основные передовые технологии, остается ключевым условием решения Россией стратегической задачи модернизации и внутреннего прорывного развития. Однако и без наращивания сотрудничества с растущими азиатскими экономиками этой цели также не достичь; не решить и другой важнейшей стратегической задачи развития страны — хозяйственного подъема сибирских и дальневосточных территорий.

Таким образом, поворот к Азии — не разворот от Европы, а придание азиатскому направлению достойного веса, вывод его на уровень, соответствующий практическим российским интересам и реалиям XXI века. В более общем плане ход истории в прошлом веке показал нежизненность как попыток проведения Москвой антизападной политики, создания альянса с азиатскими гигантами, так и ориентации исключительно на Запад.

Россия слишком велика, а ее культура — слишком уникальна, чтобы полностью слиться с конфуцианским авторитаризмом либо, напротив, с антирелигиозным европейским либерализмом. Таким образом, окончательное обретение собственного, независимого места в мире необходимо и с культурно-цивилизационной точки зрения. На нынешнем этапе движению в этом направлении в наибольшей степени будет способствовать усиление сотрудничества с азиатскими партнерами, доведение его до уровня, по меньшей мере равного связям, сложившимся на европейском направлении.

Представляемый тематический сборник — результат работы автора на протяжении более чем двух десятилетий: самая ранняя из включенных в него статей написана в 1990 году, последние работы — в 2014-м. Под одной обложкой собраны статьи, комментарии, выступления и другие материалы, публиковавшиеся в эти годы в различных научных изданиях и СМИ.

В целом материалы публикуются в том виде, как они были написаны. Конечно, многие содержащиеся в них данные и прогнозы, особенно в статьях, появившихся десятилетие и более назад, устарели. Однако тем интереснее выяснить, в чем все же автор оказался прав, в чем заблуждался, и как ситуация виделась непосредственно во время происходящих событий или сразу после них. В ряде случаев материалы подверглись лишь минимальному редактированию (например, для лучшей ориентации читателя выражения типа «в прошлом году» заменены на конкретный год). Был также выверен научный аппарат: добавлены ссылки на источники там, где их не было (например, в газетных статьях), обновлены ссылки на интернет-ресурсы и т. п. Некоторые ссылки для удобства читателя даны уже не по иноязычному оригиналу, а по появившимся с тех пор русским переводам, что несколько изменило их форму, но не содержание.

В то же время тексты многих работ в этом сборнике серьезно отличаются от опубликованных ранее. Дело в том, что при публикации они были изменены и сокращены либо из-за неприемлемости для редакции журнала или газеты каких-либо положений (такое случалось редко), либо из-за ограничений по объему статьи (что естественно), либо потому, что часть редакторов «по старинке» посчитала: авторский стиль надо корректировать в лучшую, как им казалось, сторону. Не споря по мелочам при публикации материалов в журналах и СМИ, в данном сборнике автор предлагает на суд читателя изначальные и полные варианты своих работ, чтобы тот получил бóльшую информацию, а при желании мог сравнить их с ранее опубликованным вариантом.

Первый раздел посвящен общим вопросам российской внешней политики. Он открывается двумя статьями, посвященными коренным изменениям в мировой политике и роли России в ней, связанными с кризисом вокруг Украины. В них рассматривается широкий круг проблем, но прежде всего возможности переориентации основного вектора российской внешней политики на Восток и перспективы евразийской интеграции. Программная для автора статья «Внешняя политика России: необходим курс на сосредоточение», написанная в рамках дискуссии по новой редакции «Концепции внешней политики Российской Федерации», рассматривает реальные возможности активизации внешней политики России в современном мире. Другие материалы раздела делятся на две части. Первые посвящены общим вопросам внешней политики России, ее месту в мире, мерам, которые необходимо принять для обеспечения стратегических целей развития страны. В статьях второй группы рассматриваются некоторые события мировой политики, существенно повлиявшие на российские подходы к внешнему миру: война в Югославии и вооруженные действия НАТО против Сербии, политика США и ее воздействие на эволюцию позиции Москвы и Пекина, война в Ираке и конфликт с Грузией в Южной Осетии.

Второй раздел посвящен проблемам развития Шанхайской организации сотрудничества и российской политики в Центральной Азии. С 2004 г. автор возглавляет Центр исследований Восточной Азии и ШОС в Московском государственном институте международных отношений МИД России. Центр стал пионером изучения ШОС в нашей стране, с 2006 года он обладает статусом российского национального исследовательского центра ШОС и стал одним из основателей Форума ШОС — многостороннего неправительственного общественного консультационно-экспертного механизма, образованного для научной поддержки и содействия деятельности организации.

Со времени основания Центр направлял аналитические материалы и предложения по российскому курсу в ШОС в различные заинтересованные организации. Не все из них принимались, хотя многие учитывались. Из публикуемых материалов видно, за что мы боролись, чего удалось добиться, а в чем нам еще предстоит убедить тех, кто принимает решения. Что ж, политика, как известно, — искусство возможного, мы и дальше будем отстаивать свои взгляды, аргументировать свою позицию, в том числе и на ежегодных экспертных заседаниях Форума ШОС.

В ряде статей того же раздела анализируется ситуация в отдельных государствах — членах ШОС. Наибольшую важность для России здесь, пожалуй, представляет революция в Киргизии. Соответствующие материалы были написаны по результатам поездки в эту страну в мае 2010 года, то есть сразу после событий. Вызывают тревогу и прогнозы развития ситуации в Афганистане после вывода оттуда Международных сил содействия безопасности. Российской реакции на возможное развитие событий, усилиям на афганском направлении также посвящено несколько статей раздела.

Материалы третьего раздела касаются не только общих вопросов российской стратегии в АТР, но и развития отношений России с некоторыми государствами региона, ситуации в них. Отдельные статьи посвящены подходу России к многосторонним структурам АТР, ее работе с такими международными структурами, как БРИКС и АСЕАН, анализу роли ислама в мире, проблемам Ближнего Востока, Ирана, Индии, Корейского полуострова и ряда других стран Азии.

В последний, четвертый раздел вошли небольшие работы, относящиеся к научной жизни, связанной с разработкой предложений по внешней политике России в Азии: сообщения об определенных мероприятиях, рецензии, выступления на международных конференциях, предисловия к научным сборникам, путевые заметки, написанные под впечатлением от зарубежных поездок. В них, как и в статьях других разделов, содержится взгляд автора на различные аспекты внешней политики России и отношений России с азиатскими государствами. Однако наблюдения и заметки написаны в более живом, или публицистическом стиле.

Читатель заметит, что в сборник не вошли работы автора о Китае, отношения с которым занимают центральное место в повороте России к Азии. Китай — слишком объемная тема; работы о нем составят отдельную книгу.

Бóльшая часть статей сборника написана в период работы автора в Центре исследований Восточной Азии и ШОС МГИМО(У) и в Дипломатической академии МИД России. Автор благодарен коллективам этих организаций за атмосферу, способствующую творческой дискуссии и научной работе. Он также благодарен издателям и редакторам научных изданий и СМИ, которые на протяжении длительного времени публиковали его работы и продолжают это делать. Прежде всего это относится к журналам «Международная жизнь», «Россия в глобальной политике», «Вестник МГИМО-Университета», «Мировая экономика и международные отношения»; к газетам «Коммерсант» и «Ведомости», «Независимая газета», а также к интернет-сайту радиостанции «Голос России».

Автор надеется, что его труды, собранные под одной обложкой, будут интересны как специалистам по внешней политике России и ее подходу к Азии, так и всем, кто неравнодушен к данной проблематике.

Александр Лукин Москва,
май 2014 года

Примечания

1. Ея Императорского Величества Наказ комиссии о сочинении проекта нового уложения. М., 1767. C. 4–5.