Соиздатель и дистрибьютор ООН и других междуна­родных организаций
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.
«День Финляндии» на Флаконе

От издательства - Искусство и миф

Искусство и миф
Новинка
П. Грималь, П. Фор, Ж. Лакост
Пер. с фр.
2017 г.
600 Р

Три работы французских авторов, включенные в данную книгу, не имеют прямой тематической связи. Это вполне самостоятельные произведения и в первую очередь — отличные примеры современной французской научно-популярной литературы. Тем не менее в каждой из них, хотя и в очень разном соотношении, говорится и о мифологии, и об искусстве. Так что некая фоновая взаимосвязь между ними существует.

Имя и книги Пьера Грималя, выдающегося ученого, знатока Античности, известны нашим читателям. В 1991 г. в серии «Жизнь замечательных людей» издательства «Молодая гвардия» вышла его книга «Цицерон», а в 2003 г., в той же серии — книга «Сенека, или Совесть Империи». В работе, которая включена в настоящее издание, Грималь развертывает перед читателем мифологию древних греков в ее главных, переходящих один в другой циклах — космогонические мифы с их Хаосом и Эросом, Ураном и Кроносом, титаномахией и гигантомахией; сказочное буйство мифов о богах-олимпийцах, а также героические циклы, составившие основу «Илиады», «Одиссеи» и великих греческих трагедий. Располагая этой маленькой, но ёмкой энциклопедией, можно ощущать почву под ногами и перед Пергамским алтарем, и перед живописным «Судом Париса», и даже осмысливая динамизм взаимопроникновения дионисического и аполлонического начал у Ницше.

Поль Фор рассматривает эпоху Возрождения как общеевропейское явление, охватывающее в своем развитии столетия. Фокус его внимания, сведения, которые он приводит, постоянно смещаются по городам, странам и регионам, вслед за тем, как дают здесь о себе знать «контрастные проявления» новой культуры, «неупорядоченной и нерегламентированной». Особенность и достоинство работы Поля Фора в том, что рассказ о замечательном расцвете искусств он считает необходимым предварить изучением экономических и социальных факторов, технического прогресса, перемен в религиозной жизни и морали, создавших условия для такого расцвета. Небольшая книга вмещает в этом отношении массу конкретного и не расхожего материала.

Наш читатель не избалован внятно изложенными трудами по философии искусства, особенно имеющими дело с минувшим веком. Жан Лакост внятен еще и в том отношении, что ни искусство, ни философия искусства, с его точки зрения, по сути своей не могут достичь какого-то завершенного состояния. Очерки, составившие его работу, призваны погрузить читателя в проблему осмысления природы искусства, творчества художника и воздействия его произведений (Платон, Кант), а также представить концепции некоторых мыслителей от Гегеля до Хайдеггера, суждения самих художников, писателей, что позволяет одновременно обозначить важнейшие, на его взгляд, темы и понятия философии искусства. Прочитав работу Лакоста, читатель не вынесет впечатления, что более поздние мыслители поняли сущность искусства более глубоко и всеохватывающе, чем их предшественники, а мозаика суждений и понятий не сложится в единый смысл, озаряющий свет. Для Лакоста, философа времени «постмодерна», это и есть естественное положение вещей: читатель должен оставаться перед такой мозаикой, погруженным в открытую проблему.

Внутреннее оформление библиографических сносок в тексте работ, размещение в них примечаний переводчиков и редакторов различаются в зависимости от их количества и удобства пользования.