Соиздатель и дистрибьютор ООН и других междуна­родных организаций
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.

Введение - Тектоника власти

Тектоника власти
Новинка
Емельянов М.В.
2019 г.
500 Р
375 Р

В 2016–2017 годах я опубликовал две небольшие работы «Чья власть честнее?» [1] и «Совместить несовместимое» [2]. Они носили прикладной характер, явились частичным ответом на стоящие перед политической системой страны вызовы и содержали практические рекомендации. Работы вызвали дискуссию, в том числе и по теоретическим вопросам. Должны ли быть границы политического и идеологического плюрализма и кто их устанавливает? Должно ли функционирование партийной системы модерироваться элитами или развиваться спонтанно, действительно ли власть в демократических странах принадлежит народу или это фикция, и кто, в конце концов, обладает верховной властью в западных обществах, и не только западных, какие модели власти существуют в мире? Так родилась идея написать расширенные комментарии к этим двум маленьким публицистическим работам. Из них и появилась книга «Тектоника власти».

В научной литературе используют различные семы, относящиеся к понятию власти. В. Ф. Халипов пишет об аксиологии власти, морфологии власти, мифологии власти, эстетике власти, этике власти, логике власти, грамматике власти и т. д. [3] Поэтому я посчитал возможным использовать термин «тектоника» применительно к власти, так как он в наибольшей степени характеризует власть одновременно и как систему, и как процесс.

Собственно, дискуссионные вопросы сгруппировались в нескольких блоках.

В первом блоке я утверждаю, что публичная власть не тождественна государственной, государственная власть лишь одна из её ипостасей, а Центр верховной власти может находиться вне власти государственной.

Во втором блоке пришлось доказывать, что в западных так называемых плюралистических обществах также есть единый центр власти, который многие политологи отрицают.

Третий блок дискуссионных вопросов касается места Президента в российской системе публичной власти. Я считаю, что он и должен быть Центром верховной власти (далее будет использована и аббревиатура ЦВВ) и в этом качестве модерировать духовное и политическое пространства.

Что касается ещё одного направления дискуссии, то пришлось давать ответ сторонникам ортодоксальных представлений об источнике и носителе верховной власти и принципах организации публичной власти, так как оппоненты упрекали меня в игнорировании народного суверенитета и разделения властей, отказе народу в праве на власть, отрицании плюрализма, демократии и т. п. Поэтому третью главу я счёл необходимым посвятить ценностным аспектам организации и осуществлению власти.

Предлагаемая структура работы невольно воспроизвела предложенный Стивеном Льюксом способ анализа власти, «который в одно и то же время ценностный, теоретический и эмпирический» [4].

Я отстаиваю точку зрения, что в любой государственно организованной социальной системе существует верховный центр власти. Существует он и в западных обществах, несмотря на то, что его тщательно пытаются скрывать, и тонны бумаги истрачены на доказательство отсутствия такового. Именно центр власти осуществляет модерацию политических и информационных процессов в обществе, в том числе и в западных обществах. Под модерацией я понимаю один из способов управления общественным сознанием и политическими процессами. Я противопоставляю термины «модерация» и «диктат». Под первой я понимаю аккуратную, но необходимую коррекцию естественных процессов. Диктат же предполагает полное подавление процессов саморегуляции. Модерация используется в демократических, плюралистических обществах, диктат — в авторитарных. Цель модерации состоит в поддержке людей и организаций, работающих на развитие страны и, соответственно, в нейтрализации тех, кто этому препятствует.

По моему мнению, Центр верховной власти в лице Президента до конца не выстроен, и Россия должна «достроить» свою систему власти, институционализируя этот центр власти, его функции и полномочия, определить его признаки. Нам необходимо избавиться от иллюзорных представлений об организации власти в западных демократиях, перестать стесняться модерировать собственное политическое и медийное пространство, правильно определив границы плюрализма, исходя из национальных интересов. При этом ни в коем случае речь не идёт о возвращении к однопартийной политической системе, «схлопыванию» плюрализма как такового, речь идёт о разумном определении границ полей политического консенсуса и политической борьбы.

В своих теоретических построениях я опираюсь на концепции власти как функции любого организованного коллектива, на принцип моноцентризма из теории систем, на тех авторов, кто не занимается демагогической апологетикой, а честно выявляет особенности организации власти и её осуществления в человеческом обществе, независимо от их политической ориентации. Хотя каждая из использованных концепций небесспорна сама по себе, я не рассматриваю аргументы их противников, оставляя несогласному читателю возможность спорить с их авторами.

Я считаю, что в современной российской юридической литературе избыточное внимание уделяется принципу «разделения властей» в его западном «горизонтальном» понимании. В то же время наследие русской дореволюционной юридической науки, плодотворно исследовавшей разделение властей «по вертикали» на верховную и управительную (по Льву Тихомирову), сегодня практически забыто. А между тем именно в «вертикальном» разделении власти можно найти ключ к решению актуальных проблем организации публичной власти в современной России. Примечательно, что уже в Древней Греции на понятийном уровне существовало «разделение властей». «Архе» означало власть, данную богами и потому безусловную, абсолютную и безраздельную, не подвергаемую сомнению, которую нельзя изменить и переизбрать. А «кратос» означает власть, данную не богами, а «земными силами», а потому она может быть сменяема. Это своеобразное разделение на верховную и управительную (оперативную) власти, о котором я пишу в этой работе.

За почти 30 лет наша страна пережила острый политический кризис и расстрел парламента, кровопролитные чеченские войны, несколько экономических кризисов, стагнацию экономики. Каждое из этих событий имеет свои причины. Но, очевидно, и другое. Более чем за четверть века новая Россия так и не может нащупать путь развития, который обеспечил бы процветание народа, безопасность страны, мирные отношения с соседями, стабильный рост экономики, устойчивый прирост населения, высокое качество образования и здравоохранения. В обществе нет единства в базовых ценностях, политики предлагают и пытаются реализовать противоречивые проекты развития страны.

Власть блестяще проводит отдельные тактические внутренние и внешние операции, но не слишком убедительна в стратегии. Власть разношерстна. В правительстве и других структурах принимают решение люди, придерживающиеся совершенно разных, зачастую противоположных взглядов. Власть не может определиться с силами в политическом пространстве — какие нужны, а какие просто вредят России. При этом политическое и духовное пространства засорены откровенно антироссийскими силами.

Система российского общества не упорядочена. И не сможет быть упорядоченной без единого центра. В начале 90-х годов ХХ века российская элита слишком буквально восприняла принцип разделения властей, в результате чего хотя в России и появился такой центр в лице Президента, но вряд ли он был любимым дитятей авторов либеральной Конституции. Нашей задачей является как раз придание Президенту функций ЦВВ. Он должен выбрать чёткий стратегический курс и обеспечить согласованное движение всех ветвей власти и самого общества. И в ходе этого движения оздоровить политическое и духовное пространства.

Хочу поблагодарить Сергея Чуева, Игоря Иванцова, Илью Котова, Арменака Артемьева за содействие в издании данной книги. Особая благодарность Эрику Соловьёву, без деятельного участия которого работа просто не была бы написана.

Примечания

1. Емельянов М. В. Чья власть «честнее»? // ИА REGNUM. 21 апреля 2016 года.

2. Емельянов М. В. Совместить несовместимое. Как нам реформировать политическую систему? М., 2017.

3. Халипов В. Ф. Кратология — наука о власти. М., 2002. С. 64–91.

4. Льюкс С. Власть: радикальный взгляд. М., 2010. С. 157.