Соиздатель и дистрибьютор ООН и других междуна­родных организаций
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.

Введение - Валютный курс и внешняя торговля ведущих стран мира

На протяжении последних десятилетий развитие международной торговли происходило в условиях постоянного расширения масштабов глобализации, что сопровождалось увеличением объёмов и скорости трансграничного движения капиталов, ростом числа региональных интеграционных объединений, быстрым снижением тарифных и нетарифных барьеров, а также высокими темпами транснационализации производственных процессов. Эти обстоятельства оставляли национальным правительствам, которые были недовольны состоянием или структурой внешней торговли своих стран, всё меньше инструментов для регулирования их экспорта и импорта.

В таких условиях представление о способности валютного курса стимулировать экспорт и подавлять импорт было востребованным в процессе выработки внешнеторговой политики ряда стран. Например, США регулярно обвиняли Китай в том, что высокий объем его экспорта в США и одновременно низкие показатели его импорта из США являются результатом якобы заниженного курса китайской валюты по отношению к доллару. Аналогичные обвинения выдвигались и в отношении Германии. Последнюю страну нередко обвиняют в том, что, отказавшись от своей валюты (немецкой марки) ради создания евро, Германия тем самым якобы избежала укрепления своей национальной валюты, в результате чего эта страна постоянно имеет крупнейший профицит в своей внешней торговле.

Прошедший год привнёс некоторые изменения в описанную парадигму. Так, США, недовольные дефицитом в своей торговле со многими странами мира, предприняли беспрецедентные по масштабу попытки исправить это положение, резко увеличив тарифные барьеры, а также угрожая мерами нетарифного характера в отношении своих крупнейших торговых партнеров. Практическим результатом таких действий стал резкий рост напряжённости в торговых отношениях между США и Китаем, а также между США и Евросоюзом, оцениваемый некоторыми экспертами как близкий по состоянию к торговой войне. При этом под сильным давлением США в 2018 г. было заключено новое соглашение USMCA о торговле и инвестициях между США, Канадой и Мексикой взамен NAFTA.

Заметим, что, вводя в 2018 г. различные ограничительные меры против своих торговых партнеров, США объясняли сложившийся торговый диспаритет тем, что другие страны применяли во многих случаях разного рода

«нечестные практики», начиная от субсидирования и заканчивая обязательной передачей интеллектуальных прав американскими компаниями местным производителям. Подобные претензии предъявлялись со стороны США и ранее, однако на этот раз после их выдвижения последовали беспрецедентные меры давления. Отличительной чертой действий США в 2018 году явилось то, что в числе «нечестных практик» практически не упоминался вопрос о валютных курсах.

Можно предположить, что такая смена акцентов в аргументации США в прошлом году была вызвана, во-первых, желанием добиться очень существенных изменений в торговой политике других стран, как в целом, так и по конкретным направлениям. Во-вторых, радикальный характер предпринятых США мер требовал соответствующего по уровню производимого впечатления обоснования, в качестве которого больше подходят обвинения в том, что партнер нарушает правила и к тому же заставляет американские компании передавать местным производителям свои интеллектуальные секреты. Возможно, вопрос о курсовой политике будет снова поднят позже, особенно если в результате новых договоров США с КНР и Евросоюзом, которые ожидаются к подписанию в нынешнем году, торговый дефицит США существенно не уменьшится.

Что касается России, то её интеграция в международное разделение труда приняла форму специализации на поставках продукции сырьевых отраслей, при этом доля экспорта обрабатывающих отраслей продолжает оставаться небольшой. Хотя за последние три десятилетия российский рубль неоднократно переживал сильные девальвации, в нашей стране по-прежнему большим влиянием пользуется идея о том, что ослабление национальной валюты является эффективным средством стимулирования экспорта и подавления импорта (способствуя импортозамещению). А тот факт, что внешнеторговая специализация на сырьевом экспорте сохраняется у России, несмотря на девальвации, нередко объясняется следствием якобы завышенного валютного курса рубля, возникающего то ли из-за слишком быстрого восстановления его курса после очередного ослабления, то ли из-за недостаточно сильного его ослабления. При этом резкая девальвация рубля в 1998 г. часто признаётся одной из основных причин, которые в дальнейшем обеспечили высокие темпы роста российской экономики и её экспорта.

Вместе с тем в истории трудно найти примеры стран, которые бы становились успешными экспортёрами вследствие проведения политики девальвации. Наоборот, немало примеров свидетельствует об обратном. Например, после Второй мировой войны США и Великобритания постепенно теряли свои позиции ведущих экспортеров, а Япония и ФРГ (Германия) приобретали, несмотря на долгосрочное ослабление валют первых двух стран по отношению к валютам вторых. Другой пример: после первой мировой войны в Германии произошла очень сильная девальвация национальной валюты, а в Великобритании, наоборот, была проведена ревальвация фунта стерлингов, но, тем не менее, в следующее десятилетие последняя не потеряла своих позиций в международной торговле, а Германия не приобрела. Также уже в наше время можно было наблюдать превращение Китая в крупнейшего экспортёра, и происходило это на фоне стабильной или несколько укрепляющейся его валюты. Наконец, если бы девальвация национальной валюты могла эффективно способствовать развитию экспорта страны, тогда логично предположить, что именно страны-чемпионы по девальвации были бы и крупнейшими экспортёрами. То есть Зимбабве, например, являлась бы экспортёром номер один. Однако эта страна не входит даже в список 50 крупнейших, не говоря уже о практически постоянном дефиците её торгового баланса.

То есть мы имеем ситуацию, когда во внешнеторговой политике эффективность ослабления валюты как инструмента регулирования экспорта и импорта фактически не только не подвергается сомнению, но и является поводом для принятия ответных мер. В то время как даже беглый обзор внешней торговли конкретных стран заставляет усомниться в существовании такого эффекта. Всё это побуждает системно рассмотреть данную проблему, чтобы выяснить, в какой мере указанные взгляды имеют теоретические основания и насколько они подтверждаются эмпирическими исследованиями. Прояснение данного вопроса способствовало бы выработке более сбалансированного взгляда на последствия девальвации рубля для российской внешней торговли. Хотя научная литература рассматривающая вопрос о влиянии колебаний валютного курса на внешнеторговые показатели, весьма обширна и создавалась на протяжении не одного столетия, было бы преждевременным, как нам представляется, полагать, что предъявлены бесспорные доказательства в пользу того, что такое влияние является определяющим. Особенно это касается такого важного в практическом плане вопроса, как способность валютного курса напрямую определять динамику экспорта и импорта.

Общие вопросы теории международной торговли, включая определение факторов (среди которых и валютный курс), влияющих на её структуру и динамику, были разработаны в трудах многих учёных, таких как А. Смит, Д. Рикардо, Дж. Милль, А. Маршалл, Т. Боггс, Дж. Хобсон, Э. Хекшер, Б. Олин, П. Кругман, М. Портер и др.

Рассмотрение вопроса именно о влиянии колебаний курса валюты на внешнеторговые показатели было начато в конце XIX века А. Маршаллом и продолжено в первой половине ХХ века А. Лернером и Дж. Робинсон, которые и разработали основные теоретические постулаты, используемые до сих пор. К тому же периоду относятся и работы русского и советского учётного З. Каценеленбаума. В дальнейшем это направление развивали С. Александер, Р. Манделл, Р. Дорнбуш, Б. Баласса, Т. Гилфасон, Дж. Стиглиц, П. Кругман и др. В современной России эти проблемы исследуют С. А. Айвазян, А. В. Цимайло, М. В. Ершов, В. В. Попов, Б. Е. Бродский, A. C. Селищев, C. B. Котелкин, А. Кудрин, А. Бланк, Е. Гурвич, О. Солнцев, В. Стародубовский, И. Харланов и др.

Поскольку данный вопрос связан с внешней конкурентоспособностью, то так или иначе он поднимался в работах М. Портера, а в России этим занимались такие экономисты, как С. А. Афонцев, П. С. Завьялов, В. Б. Кондратьев, И. С. Королев, Г. В. Куликов, Ю. В. Куренков, В. П. Оболенский, В. А. Орешкин, Д. В. Смыслов, Ю. В. Шишков, Н. И. Ячеистова и др.

Среди эмпирических исследований, проведенных на уровне агрегированных внешнеторговых показателей стран, необходимо отметить работы Т. Гилфасона, П. Хупера, Ф. Клаассена, Дж. Броуера, К. Баума, Ю. Курихара, а в России Е. Гурвича, А. Клепача, А. Кудрина, А. Навой, Ю. Пономарёва, И. Прилепского и др. К числу исследований, рассматривающих данную проблему на отраслевом уровне в России, относятся работы таких экономистов, как В. Конторович, О. Осипова, М. Петроневич, Е. Погребняк, О. Солнцева и др., а за рубежом — Дж. Янг, Т. Клитгард, М. Бахмани-Оское и др. В последнее время появились работы на уровне компаний одной страны таких исследователей, как М. Амити, Н. Берман, Н. Чен и др.

Характерной особенностью теоретических работ о влиянии курса валюты на внешнюю торговлю является то, что в них фактически не учитывается структура валют, используемых для обслуживания внешнеторговых операций конкретных стран. Между тем, на практике она существенным образом отличается от той, которая предполагается в теоретических построениях. При том, что существует немало исследований валютной структуры внешнеторговых операций, таких зарубежных экономистов, как Л. Голдберг, С. Тилле, И. Такатоши, А. Фудо, Дж. Юи, Ю. Ёнгдин, а в России — работы С. М. Борисова, Л. Н. Красавиной, Л. И. Хомяковой и др.

Вопросы влияния курса валюты на внешнюю торговлю фактически находятся на пересечении нескольких сфер экономической науки. Так, некоторые аспекты этой проблематики исследовались в работах по экономической и валютной интеграции, среди авторов которых такие ученые, как Т. В. Валовая, В. П. Гутник, А. В. Захаров, А. В. Кузнецов, И. Н. Платонова, С. Н. Сильвестров, Б. М. Смитиенко, А. А. Суэтин, И. П. Фаминский, Е. С. Хесин, Н. П. Шмелев и др.

Вместе с тем, в дискуссии о взаимодействии валютного курса и внешней торговли недостаточно внимания уделяется исследованию поведения экспорта и импорта (на фоне колебаний валютных курсов) в сравнении между собой, а не через показатель сальдо торгового баланса. Также в этой связи недостаточно учтённой остаётся и структура международной торговли, значительно изменившаяся в последние 25 лет, в результате чего львиная доля в ней теперь принадлежит внутрифирменным поставкам.

Исходя из вышесказанного, целью данной работы ставилось исследование противоречий в теоретических взглядах на влияние фактора валютного курса на внешнюю торговлю, а также особенностей современной международной торговли, которые искажают такое влияние. Основываясь на этом, необходимо было выявить на примере двусторонней торговли между ведущими странами, насколько часто в условиях современной мировой экономики увеличение товарного экспорта и сокращение импорта можно ассоциировать с ослаблением курса национальной валюты и наоборот, сокращение экспорта и увеличение импорта — с его укреплением.

Для достижения этой цели были определены следующие задачи:

  • рассмотреть эволюцию теоретических положений, описывающих воздействие валютного курса (номинального и реального) на внешнюю торговлю страны, в увязке с изменением характера международной торговли и мировой валютной системы;
  • исследовать современные теоретические положения по данному вопросу и определить, в какой мере они непротиворечивы в условиях современной международной торговли и согласуются с другими доказанными положениями экономической науки;
  • провести сравнительный анализ динамики двусторонней торговли ведущих стран и обменных курсов их национальных валют на предмет наличия между ними связи, соответствующей представлению о стимулирующем воздействии ослабления валюты на экспорт и подавляющем — на импорт;
  • провести аналогичный анализ внешней торговли России;
  • рассмотреть проблемы, возникающие при возможном использовании фактора валютного курса для регулирования внешней торговли России.

Соответственно первая глава данной монографии посвящена анализу основных теоретических положений, которые формируют современные представления о реакции показателей экспорта и импорта в ответ на колебания валютного курса. Вторая глава рассматривает теорию формирования валютного курса и использования различных валют в обслуживании международной торговли. В третьей главе представлено осуществленное автором эмпирическое исследование двусторонней торговли ведущих стран и динамики их валютных курсов. Наконец, в четвёртой главе проводится исследование внешней торговли России в увязке с курсом рубля.

Хронологические рамки исследования двусторонней торговли ведущих стран охватывают период 1994—2017 гг. Такой выбор определялся доступностью сопоставимой статистики двусторонней торговли и валютных курсов рассматриваемых стран. Кроме того, данный период характеризовался минимальным уровнем тарифных и нетарифных ограничений в международной торговле по сравнению с предыдущими десятилетиями, что позволяло предполагать минимальное затенение влияния валютного курса со стороны других факторов воздействия на внешнюю торговлю.

Объектом детального исследования являлась двусторонняя торговля между 15 крупнейшими странами-участниками. Отдельно была рассмотрена внешняя торговля России.