Соиздатель и дистрибьютор ООН и других междуна­родных организаций
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.

Введение - Общество травмы: между эволюцией и революцией (опыт теоретического и эмпирического анализа)

Обычно при анализе состояния и тенденций развития мира/государства/общества оперируют двумя основными модальностями — эволюцией и революцией. Однако в современном мире развитие цивилизации столкнулось с феноменом, еще слабо изученным и мало известным, который мы называем «общество травмы». Дело в том, что в мире происходят значимые и знаковые события, которые невозможно определять и квалифицировать в прежних понятиях эволюции и революции, описывающих и отражающих происходящие изменения. В мире существуют много стран, которые характеризуются нестабильностью развития. Особенно наглядно это проявилось в событиях в конце XX — начале XXI в. в Ираке, Ливии, Афганистане, Сирии, Тунисе, Египте, в которых они выпадают из общепринятой и ранее понятной логики общественного развития. Не менее впечатляющи и события, происшедшие после распада Советского Союза во многих бывших союзных республиках Союза, ныне независимых государствах. Особенно это касается процессов, происходящих в Грузии, Молдове, Киргизии, а ныне — на Украине. Не избежала такой участи и Россия. Известна и официальная оценка происшедшего события — по признанию президента страны В. Путина, произошла «крупнейшая геополитическая катастрофа века».

Вместе с тем необходимо признать, что, несмотря на существенные различия, все эти страны объединяет одно — кардинальные политические потрясения, стагнация и/или упадок экономики — рецессия, стратегическая неопределенность развития, что никак не коррелирует с представлениями об эволюционном или революционном развитии государства и общества.

Но как охарактеризовать эти социально-экономические, социально-политические и социально-культурные изменения, которые сродни катастрофам? Есть ли у них нечто общее при всем разнообразии происходящих в этих странах процессов? На наш взгляд, для их анализа недостаточно использовать выработанные и устоявшиеся понятия, при помощи которых описывались и интерпретировались случившиеся негативные процессы в этих странах в ранее используемых понятиях эволюции и революции, поскольку в этом случае невозможно охватить и объяснить все многообразие реальных, но своеобразных процессов и событий. Представляется, что эффективно было бы использование понятия «травма» для характеристики специфической модальности — промежуточного варианта между названными путями развития. Ведь нередко в этих странах складывалась ситуация, когда изменения происходят, но отнести их к революционным преобразованиям затруднительно. Но и считать их эволюционными тоже было бы весьма спорным, ибо они не отражают те объективные требования, которые характеризуют последовательные, постепенные, поступательные преобразования при решении кардинальных запросов общества.

В отношении России до сих пор идет спор — что же в ней происходит? Что случилось с ней в начале 1990-х гг.? По какому пути она развивается за последние более чем четверть века и как правильно было бы назвать происходящее?

Многие политики, ученые, журналисты, используя некую совокупность данных, настаивают, что произошел слом социалистического строя и начался процесс возвращения к испытанному и проверенному опытом человечества либеральному (капиталистическому) устройству общества (П. Авен, А. Кох), но ориентиры которого искажаются нынешним политическим руководством России (В. Л. Иноземцев). Своеобразное объяснение дается через термин, предложенный Й. Шумпетером, — «созидательное разрушение». Представители других мировоззренческих позиций, опираясь на опыт анализа процессов функционирования новой России, не менее убедительно доказывают, что происходит пусть сложный и трудный, с огромными издержками, но эволюционный путь развития страны (Р. С. Гринберг). Еще одна группа представлена неомарксистскими и социалистически ориентированными взглядами о происшедшем в стране как о насильственном перевороте, отказе от ориентации на интересы народа. Признавая просчеты и ошибки советского руководства, особенно горбачевской перестройки и последовавших после нее рыночных реформ, представители этой группы настаивают на необходимости проведения политики по продвижению проверенных жизнью позитивных подходов, накопленных как в опыте СССР, так и в ныне существующих странах социалистической ориентации — Китая, Вьетнама (С. Д. Бодрунов, А. В. Бузгалин, Г. А. Зюганов, А. И. Колганов, А. В. Кива). На наш взгляд, России присуще нечто совсем иное, не соответствующее ни одному из предложенных объяснений. Россия олицетворяет собой травмированное общество, которому присущи взаимоисключающие ориентации и установки. В развитии этого общества противоречиво сочетаются попытки половинчатой и непоследовательной реставрации некоторых социалистических традиций и норм жизни со стремлением следовать принципам рыночного фундаментализма и либерализма и в русле «европейской цивилизации», но модифицируя их на особый лад, с учетом специфической евразийской ориентации. Эту ярко выраженную модель развития современной России образно «можно представить в виде велосипеда, в котором руль — социалистический, а педали — капиталистические» (В. Н. Лившиц).

Иными словами, путь, по которому продвигается современная Россия, следует назвать путем, обусловленным социальной травмой в ее развитии.

В попытке ответить на поставленный историческими реалиями вопрос в монографии в первом ее разделе дается характеристика понятия «прогресс», эволюция идей о его трактовке и понимании в зависимости от исторических особенностей развития мира. Осуществляется осмысление превращения такого специфического феномена, как травмы, долгое время бывшей предметом анализа медицинских и психологических наук, в социальное явление, черты которого становятся характерными для ряда стран. Именно анализ реальных общественных деформаций позволил автору назвать общество травмы еще одной модальностью развития наряду с эволюцией и революцией. На основе анализа травмирующих социально-экономическое и социально-политическое развитие факторов дается классификация стран, длительное время стагнирующих и/или деградирующих в своем развитии. Вместе с тем, оценивая многообразие условий и факторов, присущих стагнирующим странам, раскрываются как родовые, так и специфические черты обществ травмы. Среди них: отсутствие четкой и ясной стратегии развития; экономическая деградация; отсутствие созидательных общественных сил; взаимные переходы властных ресурсов в капитал и, наоборот, капитала во властные ресурсы; отстранение, как добровольное, так и насильственное, большинства населения от (со)участия в политической жизни; отсутствие государственной идеологии и/или национальной идеи; игнорирование национальных интересов или же, напротив, чрезмерная их абсолютизация; резкое увеличение социального неравенства; социальные деформации и утрата стремления к национальному суверенитету; негативное (нередко вынужденное) отношение к традициям и прошлому опыту страны или, наоборот, архаизация ранее существовавших, ушедших в Лету (историю) этноконфессиональных установок и патриархальных ориентаций.

Во втором разделе дается подробный анализ травмирующих условий и факторов в основных сферах жизни общества — экономической, политической, социальной и духовно-культурной. В каждой из этих сфер приводится характеристика травм, присущих именно этим сферам, дается описание основных показателей нестабильности, рассматриваются различные трактовки степени влияния официальной политики на решение актуальных проблем, волнующих людей на современном этапе развития России.

В третьем разделе характеризуется состояние и тенденции формирования социального и человеческого капитала в тех областях общественной и повседневной жизни людей, которые самым непосредственным образом влияют на его развитие. По мнению автора, к ним в первую очередь надо отнести процессы, происходящие в сфере образования, науки и здравоохранения. Именно они создают условия, которые непосредственно воздействуют на творческий потенциал народа и на его реальное участие в преобразовании общества во всех его проявлениях.

При анализе травмирующих процессов особое внимание уделяется России, которую, по мнению автора, можно отнести к обществам травмы, так как в своем развитии, отринув социалистическое прошлое и провозгласив новые ориентиры, нередко некритически копируя чужой опыт, она находится в состоянии неопределенности своего будущего, несмотря на широковещательные официальные утверждения.

В четвертом разделе дается обобщенный анализ социальных последствий тех препятствий, которые не преодолены и тормозят развитие России, а также мер, которые осуществляются, но не могут быть в полной мере отнесены ни к эволюционному, ни к революционному пути развития. В соответствии с этим критически рассматриваются официальные политические и экономические меры по преодолению стагнации и рецессии в стране, дается характеристика научных и экспертных идей по преодолению травмирующих условий и факторов. Так как автор исходит из того, что общество травмы не может существовать вечно и что обязательно придет время, когда Россия выйдет из травмирующего состояния, в монографии высказываются предложения и предположения по выходу общества из состояния травмированности, неопределенности, турбулентности.

В заключение автор счел целесообразным дать краткий текст обсуждения данной проблемы на круглом столе, состоявшегося в феврале 2019 г., на котором высказывались, дополнялись и/или критически осмысливались идеи автора об обществе травмы.

Автор особо благодарен коллективам Института социологии ФНИСЦ РАН и социологического факультета РГГУ, на Ученых советах которых обсуждался доклад, посвященный данной проблеме.

Научно-вспомогательную работу осуществил Ю. Ж. Тощенко.