Научное издательство по общественным и гуманитарным наукам
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.

«Байки» старого «толмача»

Ирина Звягельская, д.и.н., профессор

Мемуары, вне зависимости от степени откровенности автора, очень личный и субъективный жанр. Очевидцы по-своему вспоминают и оценивают одни и те же события, одних и тех же людей, не совпадают в деталях. Память человеческая избирательна, а восприятие событий всегда отражает личный опыт свидетеля, особенности его характера, культурный кругозор.

Жизнь — это не имущество, которое надо защищать, а дар,
который нужно разделить с другими людьми.
Уильям Фолкнер

Наверное, мемуары ценны прежде всего этой субъективностью, возможностью услышать голоса тех, кому посчастливилось или не посчастливилось стать непосредственными участниками описываемых событий. Особенно это касается наиболее бурных регионов, для которых вторая половина ХХ века стала временем испытаний и прорывов, неожиданных поворотов, выхода на политическую арену новых социальных слоев, жестокой борьбы и приобщения к новым ценностям. Таким регионом был, безусловно, Ближний Восток. Политики, историки, политологи оставили нам свои воспоминания и оценки. Среди них было немало тех, кто был втянут в захватывающие события второй волны арабского националистического движения, кто устанавливал контакты с местными лидерами, одновременно способствуя тому, чтобы и в правящей элите СССР создавалось адекватное представление о происходящих в арабских государствах региона судьбоносных сдвигах, не вписывавшихся в примитивизированные классовые подходы.

Книга известного дипломата и переводчика В. И. Колотуши вносит свой вклад в ближневосточную мемуаристику, отличаясь неординарными подходами, неповторимой стилистикой и чувством юмора. Обращает на себя внимание и легкость изложения, и присущая далеко не всем мемуаристам самоирония.

Начав свою карьеру в МИДе в качестве переводчика (толмача, как он себя называет), Василий Иванович получил уникальный опыт общения с ставшими легендарными ближневосточными лидерами и ведущими представителями советского руководства. Этот опыт был, естественно, расширен, когда он стал Чрезвычайным и Полномочным послом СССР.

Начинаются «байки» вовсе не пафосно, а с рассказа автора о том, как изучал он арабский язык, как терпеливо одолевал фонетические сложности арабского языка в Ливане и заучивал разговорные выражения на бейрутском рынке, как спустя время по ночам слушал кассеты с записями Насера, оттачивая особенности египетского диалекта. Для нынешних студентов-арабистов такой рассказ очень полезен. Для того, чтобы в совершенстве овладеть арабским языком (да еще и с учетом разных диалектных особенностей) нужно помимо таланта быть готовым к долгому и терпеливому труду. Не случайно автор приводит слова уважаемого им профессора Х. К. Баранова: «Ничего…арабский язык труден только первые двадцать лет».

В своей книге Василий Иванович говорит, естественно, не только о себе, но и о целой плеяде арабистов, с которыми ему приходилось работать и дружить. В книге живет память о них молодых, веселых, талантливых. Это и Андрей Вдовин, и Александр Аксененок, и уже ушедшие Виктор Посувалюк, Олег Ковтунович и другие, внесшие огромной вклад в отечественную дипломатию и отличавшиеся высочайшим профессионализмом. Разумеется, обо всех сказать невозможно, да и не всех автор знал лично. Тем не менее жаль, что в книге не упомянуты знаток египетского диалекта Валерий Сухин, блестящий преподаватель арабского языка В. С. Сегаль, удивительный переводчик, принадлежавший к старшему поколению, В. И. Соловьев.

Переводческая деятельность открыла возможность В. И. Колотуше соприкоснуться с высокой политикой, уловить особенности мышления различных советских политических деятелей, которым классовое чутье с успехом заменяло и знания, и воспитание. В его книге немало страниц посвящено Н. С. Хрущеву с его политическим волюнтаризмом: чего стоило награждение Г. А. Насера и маршала Амера орденами Ленина и Золотыми Звездами Героя Советского Союза, крайне негативно воспринятого не только у нас в стране, но и арабскими коммунистам и левыми. Недостаток образования советского руководителя определил, в частности, его пристрастие к простонародным, не всегда даже приличным выражениям, которые перевести на арабский язык не было никакой возможности. При этом, если лидер допускал явную ошибку, то винили переводчика, который, дескать, перевел слишком буквально или неверно, а это могло обернуться для «толмача» серьезнейшими последствиями.

В книге приводятся убедительные примеры такого рода. Так, стареющий Л. И. Брежнев на встрече с сирийским руководителем Х. Асадом в октябре 1978 г. в Москве никак не мог воспринять критические замечания Асада. В. И. Колотуша, бывший переводчиком на этой встрече, добросовестно переводил слова Х. Асада, как до этого переводил слова Л. И. Брежнева. «Когда до генсека дошел смысл оценок сирийского президента, то он с возмущенным видом повернулся в сторону переводчика и рявкнул: „Что Вы такое говорите?! …У меня вот здесь написано, что все хорошо!“». (с. 93)

Автору «баек» судьба уготовила провести много лет в арабских государствах в «минуты роковые» войн, переворотов. С середины 1960-х гг. таких событий на Ближнем Востоке было предостаточно. Работая в различных арабских странах, Василий Иванович сформировал свое мнение о ситуации и об отдельных игроках. Нет смысла анализировать, насколько обоснована точка зрения автора на то или иное событие. Он имеет право видеть его по-своему. Это касается, например, роли Я. Арафата, которого автор очень хорошо знал, и которому, судя по всему, сочувствовал. Вместе с известным арабистом Андреем Вдовиным он провел немало времени в палестинских лагерях в Ливане, установил дружеские связи со многими палестинскими руководителями, тем самым получив возможность оценить слабость и силу их позиций.

Автор «баек» полностью отдавал себе отчет в необходимости установления контактов с различными сторонами конфликта. Так, в Ливане во время гражданской войны, начавшейся в 1975 г., в которую были втянуты местные мусульмане, палестинцы, христиане-марониты, необходимость выхода на все стороны была очевидной. Василий Иванович считал необходимым установление контактов с христианами для доведения до них позиции СССР, считавшего конфликт в Ливане «братоубийственным», хотя в целом симпатии СССР были на стороне палестинцев и ливанских левых сил. На официальном уровне доводить до христиан советскую точку зрения пришлось не сотрудникам Посольства, а Е. М. Примакову, прибывшему в конце 1975 г. с особой миссией в Ливан и встречавшемуся с основным игроком в христианском лагере К. Шамуном. Сам Василий Иванович имел встречи с лидерами правохристианского лагеря — Пьером Жмайелем и его сыновьями Амином и Баширом. Он позже познакомился с Дани Шамуном, сыном К. Шамуна, командовавшим вооруженными формированиями христиан. Несмотря на политические и идейные разногласия, между ними установился довольно тесный человеческий контакт. Василий Иванович бывал у него дома, познакомился с его женой и двумя сыновьями. Он искренне горевал, когда все они были убиты в ходе ливанского противостояния.

Книга насыщена описаниями и характеристиками арабских политических и военных деятелей. И здесь тоже видна наблюдательность, автора, его собственные оценки: далеко не всегда лицеприятные, но всегда продиктованные не только требованиями «службы», но и собственным авторским интересом к людям.

Особое отношение у автора сложилось к израильтянам. Василий Иванович и сам допускал, что какая-то часть читателей «баек» «сочтет позицию их автора пропалестинской и недоброжелательной в отношении израильтян». (сс.130–131) Недоброжелательность — слишком сильное слово в данном случае, но элементы несбалансированности присутствуют. Трудно скрыть авторскую позицию, да и необходимости в этом нет. Именно так воспринимали Израиль в СССР в целом и в МИДе, в частности, и это тоже свидетельство эпохи. Вопрос не в том, что политика этого государства на Ближнем Востоке должна была вызывать одобрение. Израиль вписал в историю конфликта с арабами немало горьких и страшных страниц. Такой страницей было и израильское вторжение в Ливан в 1982 г., о котором подробно пишет автор. Но при этом в Израиле по окончанию войны была создана Следственная комиссия, определившая меру ответственности военных и гражданских лиц. Сам премьер-министр М. Бегин, столкнувшийся с беспрецедентной критикой общества, навсегда ушел из политики. Правда, для израильской политической системы это вовсе не было критично. Не сравнить с объявленной Насером отставкой в 1967 году, вызвавшей ужас в египетском обществе и способной обрушить всю государственность.

Как уже говорилось, автор «баек» обладал удивительной способностью сходиться с самыми разными людьми. Его интересовали политические деятели и простые торговцы на улицах, он научился проникаться их проблемами и понимать, что всеми движет определенная логика, которую можно не принимать, но которую нельзя отбросить. Живой контакт для востоковеда особенно важен, но в случае с израильтянами его не было. Они воспринимались главным образом через призму конфронтации с арабами.

В этом была проблема советский дипломатии на Ближнем Востоке после 1967 года. Политический выбор советского руководства, объяснявшийся нежеланием «потакать пособникам империализма», а на деле имевший и внутренние мотивы, не позволил блестящим советским дипломатам в полной мере использовать свои таланты в качестве медиаторов, в которых на Ближнем Востоке существовала большая потребность. Секретные миссии академика Е. М. Примакова лишь частично закрывали этот пробел.

Важнейшей чертой характера Василия Ивановича является увлеченность — он страстно любил свое дело, жил им постоянно, совершенствуя язык, отправляясь после работы на встречу с арабскими друзьями, подготавливая отчеты. Книга рассказывает о насыщенной впечатлениями и трудами жизни, о ставшем судьбой арабском мире, о жизни в разных культурах. Надо сказать, что таким умением обладают очень редкие люди. Они настолько органично вливаются в чужую цивилизацию, что окружающие воспринимают их, если не как своих, то уж точно как не-чужих. Среди наших современников к таким уникальным специалистам можно отнести академика Виталия Наумкина, которого в Йемене считают чуть ли не шейхом.

И наконец, еще одна страсть автора, которую он смог утолить на просторах Месопотамии, — страсть к коллекционированию. Все коллекционеры — люди особенные. Олег Ковтунович, с которым меня свела судьба и который был страстным коллекционером, бережно вынимал из шкафа привезенные им небольшие терракотовые статуэтки, порой уродливые, порой смешные в своей откровенности, таящей вызов современным ханжам. Эти обожженные временем древние фигурки были прелестны в наивном примитивизме, они запоминались, брали за душу.

Василия Ивановича страсть коллекционирования захватила и унесла на выжженные солнцем иракские городища. Они были особенными. То, что оставалось от древних городов, размывалось дождями и выдувалось ветрами. «И тогда на поверхности появляются вещи, когда-то выброшенные, утерянные, а то и просто спрятанные в момент опасности. Битая посуда, светильники, глиняные статуэтки, принесенные в храм в дар богам, семейные кладики, монеты-„потеряшки“». (с. 261–262)

Вершиной находок стала золотая сасанидская серьга, о которой автор мечтал много лет, и которая, наверное, была наградой за упорство и изматывающий труд собирателя.

Подводить итоги книги невозможно. Ее непременно надо прочесть тем, кто интересуется Ближним Востоком, арабским миром. И хотя Василия Ивановича Колотуши уже нет с нами, его воспоминания сохранили отблеск его личности, донесли до нас его голос, его характер, а также живые портреты тех, с кем он работал и дружил, с кем встречался и спорил, кем восхищался и кого не жаловал. Спасибо ему за это.

Без грифа секретности, или Байки старого толмача
Новинка
Колотуша В.И.
2020 г.
700 Р
525 Р