Соиздатель и дистрибьютор ООН и других междуна­родных организаций
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.

Проверяй, но доверяй. СССР, американская бюрократия и неформальный связной между Рейганом и Горбачевым

Максим Артемьев

Некоторые важные в политике вещи долго остаются достоянием немногих. Так было и с эпохой перестройки, которая, казалось бы, прошла на наших глазах, но любопытные и важные подробности о ней всплывают до сих пор. Одной из них является роль скромной женщины-писательницы Сюзанны Масси в установлении прямых отношений между двумя самыми могущественными людьми на планете того времени — Рональдом Рейганом и Михаилом Горбачевым.

Почему именно ей досталась роль неформального связного между Москвой и Вашингтоном — и рассказывается в книге. Если вкратце, то совпали обстоятельства. Дочь швейцарского дипломата, выросшая в США, Сюзанна благодаря своему первому мужу, видному журналисту, историку и биографу Роберту Масси, лауреату Пулитцеровской премии, заинтересовалась русской историей и культурой. Причем большую роль сыграла в этом болезнь их сына — гемофилия, в чем они увидели аналогию с судьбой царевича Алексея. Далее Сюзанна побывала — еще в 60-е годы — в СССР по обычной программе западных славистов: полулегальные встречи на квартирах с диссидентствующей публикой, чтение стихов под водку, постоянное опасение слежки КГБ. Для человека «оттуда» все это было засасывающей романтикой. Итогом стала антология стихов андеграундных поэтов. Затем на долгие годы Масси въезд в Советский Союз закрыли, что только подстегнуло у нее интерес к нашей стране, и она написала книгу о русской культуре «Земля Жар-птицы. Краса былой России».

Надо отметить, что родственные связи Сюзанны весьма примечательны. Второй муж — Сеймур Пейперт, человек еще более выдающийся, чем первый, крупнейший математик, программист, один из создателей теории искусственного интеллекта. Сын, больной гемофилией, во-первых, стал героем нашумевшей книги о себе, написанной его родителями (тоже типично по-американски, продать свою жизненную историю, черта, подмеченная еще Аверченко), а во-вторых, совершил карьеру видного общественного деятеля и ныне баллотируется на пост губернатора штата Массачусетс. К тому же он ухитрился вылечиться от гемофилии, и от полученных при переливаниях крови СПИДа и гепатита почему его организм изучался учеными.

При Андропове, однако, ей удалось побывать в Москве, и с тех пор она стала выступать в роли неофициального посланника американского правительства. Ей даже пришлось несколько раз лично удостоиться приема в Белом доме у Рейгана, которого она научила русской пословице «Доверяй, но проверяй» и вообще выступала в роли его внештатного советника по России. Такие контакты на уровне рядовых граждан вообще в духе американской дипломатии, позволяя ей действовать гибко и скрытно.

Главный герой книги, если попытаться выделить кого-то одного, это 40-й президент США Рональд Рейган. Загадочная личность главы Белого дома, который при всей публичности оставался очень закрытым и непонятным даже для своего окружения человеком, подробно описывается Масси с попытками психологического анализа. Для нас, постсоветских читателей, бросается в глаза подчеркнутое внимание президента к автору — его личные письма к ней, в которых он благодарит за ее услуги. Трудно представить себе нечто подобное в Кремле — что тогда, что сейчас.

Сюзанна Масси рассказывает о мире американской бюрократии — госдеповской и белодомовской, который она наблюдала с любопытством исследователя. Есть в книге портреты видных фигур рейгановской команды, например Макфарлейна или Шульца, а также Нэнси Рейган. Человек консервативный, Сюзанна с неодобрением относится к иным новомодным тенденциям в жизни Америки, хотя очень гордится своими достижениями как женщина, в чем вполне укладывается в феминистическую традицию.

Но нам гораздо интереснее ее впечатления от СССР и советских людей. Тут надо заметить, что Сюзанна очень по-американски верит в роль и возможности отдельной личности, она весьма религиозна и идеалистична. Отсюда проистекало ее искреннее желание помочь достижению взаимопонимания между нашими народами. А ее визави были людьми крайне циничными, продуктом совсем иного воспитания. Сегодня понимаешь, что большинство из них не мыслили государственно, а действовали больше из шкурных интересов — как бы съездить в командировку на Запад, прикупить что-то из дефицитных шмоток, устроить детей за границей и т. п. Поэтому такие разительные результаты реформ в СССР и Китае — об этом неизбежно думаешь, читая книгу. Сам стиль общения Вашингтона с Москвой и Пекином был противоположный. В первом случае это были отношения ведущего и ведомого, несмотря на все попытки скрыть это, завистливый взгляд снизу вверх, во втором — понимание уникальности собственной цивилизации, бесконечно более древней, чем американская, и соответственно отстаивание своих интересов.

В книге Масси колоритно поданы фигуры ее кураторов из КГБ — Радомира Богданова и Игоря Филина. Тогда они казались ей всемогущими, а теперь ясно, что и их обвели вокруг пальца, причем не американцы, а «свои» же. Некоторые вещи она совсем не понимала. Например, ее отзыв о Черненко: «Говорит по-русски неправильно и с сильным акцентом, таким же, как у Брежнева, которого высмеивали в анекдотах за его комичный акцент и плохое знание русского языка». Да и вообще — в Брежневе она не разобралась, так же как и в своем друге Горбачеве. Хоть Рейган и считался «ястребом», сама Масси выступала с очень умеренных позиций, скорее как «русофилка», она предвидела, например, негативные последствия негибкой позиции США по Афганистану. Она искренне любит Россию, русскую культуру, желает возрождения православия, но что-то важное от нее ускользает, она, как и Рейган, который не отделял Солженицына от прочих «диссидентов», остается слишком американкой, чтобы понять особенности нашей страны и почему были столь плачевны итоги перестройки.

Несколько слов надо сказать и о переводе книги. Русский язык последние годы подвергается интенсивному разрушению, и это начинает чувствоваться и в данном случае, например использование слов «секьюрити» вместо «охрана», или «бэкчэннел». Характеристика Исландии как «крохотного вулканического острова» (!) заставляет усомниться — так ли написано в оригинале? Однако в целом переводчикам удалось избежать крайностей — столь типичного засорения русского текста новомодными англицизмами, и их труд читается достаточно свободно.