Соиздатель и дистрибьютор ООН и других междуна­родных организаций
Личный кабинет
Ваша корзина пуста.
Внимание! В настоящее время в продаже доступны только электронные версии. Продажи печатных экземпляров книг на сайте издательства «Весь Мир» возобновятся после 20 августа. Приносим извинения за временные неудобства. Адреса магазинов

Румынские кульбиты

История Румынии
И. Болован, И.-А. Поп (координаторы) и др.
Пер. с рум.
2005 г.
270 Р
«Книжное обозрение»
№40, 4 октября 2005 г.

Что мы знаем про румын? Пожалуй, не слишком много.

Россия теперь не имеет с Румынией общих границ, но это еще не повод ничего не знать об истории этой страны. В Румынии, как и у нас, основная религия православие, что, впрочем, не мешает нам и румынам иметь совершенно разные взгляды на одни и те же исторические события. Например, в российской исторической науке присоединение Бессарабии (современной Молдавии) к России в 1812 году — это безусловное благо, а для румын — горе, потому что именно с тех пор от Румынии отторгнуты ее исконные исторические земли между Прутом и Днестром.

Впрочем, гораздо больше исторических разногласий у Румынии и Венгрии. Естественно, яблоком раздора служила Трансильвания, которая очень долго принадлежала Венгрии, после Первой мировой войны отошла к Румынии, во время Второй мировой войны снова вернулась к венграм, но не окончательно: сейчас эта спорная территория, по совместительству родина графа Дракулы, принадлежит все-таки Румынии. Споры о том, чья эта земля — Трансильвания, уходят еще в римскую эпоху. Если кто не в курсе — румынский язык принадлежит к романской группе и очень близок к латыни. Настолько, что румыны неплохо понимают итальянский, болтают на нем и обожают ездить на заработки в Италию, так что если в Москве большинство строителей из Молдавии, то в Риме — из родственной ей Румынии.

Ну так вот, один бойкий римский император Траян в самом начале второго века нашей эры перешел Дунай по понтонному мосту и завоевал Дакию, территорию современной Румынии. Почти двести лет эти земли входили в состав империи, но в конце третьего века варвары начали наседать на всех фронтах, римляне решили устроить массовую перегруппировку войск и отвели свои легионы за Дунай, а вместе с ними ушла часть романизированного населения. Дальше история раздаивается на разные национальные варианты: если верить венгерским историкам, то с легионами ушли все, на месте северной Дакии осталась безлюдная пустыня, которую потом много веков спустя окультурили венгры. Впрочем, историческая наука в Румынии совершала и куда более экзотические кульбиты, например, в конце 1970-х утверждалось, что: «вся история румын — с древнейших времен и до современности — представляла собой последовательный и логичный процесс, период же, связанный с деятельностью Чаушеску, был представлен как его кульминация». Чем кончил Чаушеску — все помнят, это был первый и, слава Богу, последний расстрел в прямом эфире в истории Европы. Диктаторский режим отличался крайне

неумелой экономической политикой, суровым подавлением всякого инакомыслия и стремлением контролировать едва ли не все сферы жизни. Чаушеску пытался бороться за повышение рождаемости, в итоге уровень рождаемости в Румынии достиг небывалого уровня — 16 новорожденных на каждую тысячу жителей, но таким же рекордным было и количество умственно и физически отсталых детей среди этих новорожденных. Тем не менее современные историки находят в деятельности Чаушеску и позитивные аспекты — внешнеполитический курс Румынии был парадоксальным образом едва ли не самым независимым во всем соцлагере, ну, конечно, после Югославии.

Другие рецензии на эту книгу