Заключение — История русского китаеведения 1917–1945 гг.

Российское китаеведение в первый период советской истории России прошло сложный, противоречивый путь развития. Русские синологи, как и все русское общество, не были едины в своем отношении к новой советской власти, к новому политическому режиму и социально-экономическим реалиям. Переживая вместе со страной трудности и лишения, русские синологи продолжали заниматься своим делом: изучать Китай, готовить новых китаеведов, выполнять задания государственных институтов.

В период становления советской науки были отмечены попытки перестройки содержания и принципов российского востоковедения, но у общества не хватило ресурсов для их реализации. Власть отрывала китаеведов от науки, направляя максимум ресурсов на решение политических задач.

Революция привела к некоторому расширению географии русского китаеведения. Наряду с двумя сохранившимися старыми центрами, в Петрограде (Ленинграде) и Владивостоке, важное место в системе китаеведения заняла Москва. На некоторое время китаеведческое образование появилось во вновь открытом Иркутском университете. Китаеведческое образование пережило реформы образовательной и академической системы, не потеряв своего потенциала.

В послереволюционные годы российское китаеведение сохраняло традиции старой русской синологии и решало новые проблемы. Русские синологи активно работали и в Советском Союзе, и в Китае, кто находясь там в эмиграции, а кто на советской службе. В развитии новой синологии принимали участие как представители старой школы, воспитанники Петербургского университета и Восточного института, так и воспитанники советской школы. Советское китаеведение в 1920–1930-х гг. не выпало из мировой научной среды, ученые поддерживали связи как с европейскими коллегами, так и с Китаем.

Развитие науки и образования в России проходило в тяжелых социально-экономических и политических реалиях советского общества. Китаеведение испытывало давление идеологической и политической конъюнктуры. Российская наука пережила «Культурную революцию» и жесточайшие политические репрессии, понеся при этом тяжелейшие потери. Труды советских синологов, многие из которых могли бы принести славу всей советской науке, в значительной части не были опубликованы, а некоторые — утрачены. Многие актуальные задачи так и не были решены, за четверть века в Советском Союзе не появилось ни одного полного китайско-русского словаря. В эти годы в СССР так и не появилось полноценного обобщающего исследования по истории Китая, основанного на современном прочтении источников китайского происхождения. Политические и социально-экономические реалии сделали бесполезными такие проекты, как «новый китайский алфавит». Несмотря на противоречия и трудности, китаеведение в Советской России существовало и развивалось. Во все времена переводились и издавались произведения классической и современной китайской литературы, анализировались исторические памятники и философские тексты. Синологи спорили по сложнейшим проблемам китайского языкознания и социально-экономического устройства Китая.

Тяжелейшим периодом для российской науки и образования стала Великая Отечественная война. Однако, несмотря на лишения и потери, русские синологи продолжали работать и в блокадном Ленинграде, и в осажденной Москве, и в эвакуации, и на службе в армии или в Китае. Ни на один год в СССР не прерывалась работа по переводу китайской литературы и исторических документов, в годы войны не только были написаны несколько диссертаций, но даже проходили их защиты.

Социальные эксперименты 1920–1930-х гг. вместе с политическими репрессиями конца 1930-х гг. и потерями в Великую Отечественную войну нанесли непоправимый урон русскому китаеведению. Тем не менее опыт предыдущих поколений и объективная потребность общества и государства в сохранении достойного уровня отечественной науки и образования обеспечивали относительно высокий уровень советской китаистики. Русское китаеведение рассмотренной эпохи является одним из оснований всей современной китаистики.