Предисловие — Краткая история стран Балтии

Историю современных Эстонии, Латвии и Литвы надо начинать отсчитывать не с того времени, когда на карте Европы появились страны, носящие эти названия, а когда народы, еще не имевшие государственности, избрали в V—VI вв. н. э. местом своего постоянного поселения восточный берег Балтийского моря. К тому времени на юге Европы Римская империя уже перестала существовать, а на территориях, которые позже станут Францией, меровингские и каролингские короли стремились создать государство, которое могло бы стать ее преемником. Много позже, в Средние века, лишь один из народов, населявших Балтийское побережье, — литовцы смогли сформировать собственное государство, тогда как два других — эстонцы и латыши не сохранили политических лидеров, подобных тем, которые были у них в конце XIII в., и, соответственно, до XX столетия оставались подчиненными германо-, шведои русскоговорящей землевладельческой аристократии. Литовцы также потеряли государство, которое было у них в Средневековье, добровольно объединившись с Польшей, в результате чего возникло содружество, в котором поляки играли доминирующую роль как с политической, так и с социальной точки зрения. Только после Первой мировой войны картографы внесли изменения в карты Европы. нанеся на них новые независимые национальные государства — Эстонию, Латвию и Литву. Двадцать лет спустя им пришлось снова изменить свои карты, поскольку три этих государства в 1940 г. были абсорбированы Советским Союзом и стали советскими социалистическими республиками. Потребность в новых изменениях карт не возникала до 1991 г., когда распался СССР и три государства Балтии восстановили свою независимость. Таким образом, политическая история восточного побережья Балтики содержит весьма мало периодов преемственности и последовательности, значительно больше — периодов войны, чем мира; смены режима происходили здесь гораздо чаще, чем наступали периоды стабильного правления; здесь также было значительно больше разрушения, чем непрерывного роста. Задача сформировать последовательное повествование из этой достаточно фрагментарной истории чрезвычайно трудна, и такая последовательность, какова бы она ни была, скорее всего, будет отражать не столько реальную историческую преемственность, сколько ви´дение историка, взявшего на себя этот труд. Другие авторы, возможно, увидели бы подобную последовательность иначе.

Хотя отсутствие исторической последовательности представляется единственным наиболее важным признаком истории стран Балтии, несколько тем проходят через все периоды, создавая все-таки некоторую преемственность. Это — местоположение, язык, государственность, проблема лидера и фрагментарность; данные темы появляются в различных вариантах и проходят через весь тысячелетний период, описываемый в представленной читателю книге. Не в каждой главе они рассматриваются одинаково подробно — больше всего им отдано должное в главах, описывающих период, близкий к сегодняшнему дню. Настоящая книга — ограниченный по объему обзор очень длинного исторического отрезка; при этом несколько последних столетий дают более полезную и надежную информацию о народах, создавших в ХХ в. три Балтийских государства. Как мы увидим, на протяжении большей части своей истории эстонцы, латыши и в значительно меньшей степени литовцы оставались скрытыми от взоров. После них остались лишь редкие письменные источники, а свидетельства современников, писавших для тех, кто на тот момент управлял указанными регионами, часто обозначали подвластные им народы побережья различными общими названиями («сельские жители», «крестьяне», «негерманцы»). Таким образом, за многие столетия лишь некоторые представители этих народов нашли отражение в источниках как индивидуальности, с именами и полностью документированными биографиями. «Демократизация» исторических свидетельств началась в XVIII в.; к XIX столетию свидетельства о людях, находящихся на нижних ступенях социальной лестницы, встречаются уже в изобилии, а в ХХ в. люди любого происхождения потенциально могут становиться частью исторического повествования в качестве полноправных действующих лиц. Последние главы книги, таким образом, охватывают более короткий временной промежуток, потому что эти столетия предоставляют более полезные и детальные свидетельства обо всех жителях побережья.

Первая глава охватывает длинный отрезок истории — с конца ледникового периода на восточном побережье Балтики и первых поселений человека в этом регионе до приблизительно 1000  г. н. э., когда население здесь достаточно стабилизировалось, чтобы в хрониках появились упоминания о постоянных жителях. Вторая глава начинается с появления в регионе крестоносцев и купцов из Западной Европы, а повествование сосредоточивается на христианизации и территориальных захватах, происходивших в рамках процесса, который некоторые историки называют «европеизацией» региона. Тогда, в Средние века, регион распался на две части — северную (позже здесь появятся Эстония и Латвия), ставшую Ливонской конфедерацией, управляемой германоязычной политической элитой, и южную (литовские территории), превратившуюся в объединенное, стремившееся к экспансии государство, где изначально правили сами литовцы. Третья глава посвящена восточному побережью Балтики в период раннего Нового времени (1500–1800). Этот период охватывает секуляризацию остатков орденов крестоносцев, протестантскую Реформацию и католическую Контрреформацию, а также изменения, вызванные тем, что регион стал (в хронологическом порядке) частью польсколитовского объединенного государства, Шведской империи и Российской империи. Четвертая, пятая и шестая главы описывают регион в качестве «западного пограничья» Российской империи с середины XVIII в. до Первой мировой войны. Различные признаки модернизации: сельскохозяйственная реформа, урбанизация, индустриализация, национализм и рост населения — появились здесь благодаря возможностям и ограничениям, являвшимся следствием политики Российской империи, стремившейся достичь западного уровня развития. В седьмой главе анализируются политические, экономические и культурные последствия национальной независимости, обретенной тремя народами во время Первой мировой войны, когда Союз Советских Социалистических Республик пришел на место Российской империи. В межвоенные десятилетия (1920–1940) парламентская демократия в республиках Балтии уступила место авторитаризму и схожие политические трансформации наложили свой отпечаток почти на все новые государства Восточной Европы. Восьмая глава посвящена Прибалтийским республикам как составным частям СССР (1940–1991) после их оккупации и аннексии Советским Союзом во время Второй мировой войны*. Здесь же рассматривается кратковременная оккупация региона войсками гитлеровского Третьего рейха во время войны; одним из последствий этого эпизода стало упрощение национальной структуры населения Балтийского региона вследствие насильственной эмиграции и геноцида. Девятая глава описывает постсоветский период, то есть время после 1991 г., когда вслед за распадом СССР к странам Балтийского побережья вернулась независимость и Эстония, Латвия и Литва стали членами международных структур новой Европы. Последняя часть книги представляет собой список рекомендуемой к прочтению литературы, преимущественно англоязычной**.

Автор хотел бы выразить благодарность многим людям, которые помогли ему написать эту книгу. Барбара С. Плаканс не только дала глубокие советы относительно содержания, но и внесла важные улучшения и изменения в структуру первого варианта книги благодаря редакторскому мастерству. Сотрудники межбиблиотечного абонемента библиотеки Роберта Паркса в Университете штата Айова помогли получить материалы из других библиотек. Подбор многочисленных иллюстраций, характерных для серии «Краткая история»***, в которой вышла книга, облегчили коллеги и друзья: Тойво Раун (Университет штата Индиана); Вита Зельче (Латвийский университет); Альфред Е. Сенн (заслуженный профессор Университета штата Висконсин); Янис Креслиньш (Национальная Шведская библиотека, Стокгольм); Петер Фюрстер (Институт Гердера, Марбург, Германия). Автор благодарит их всех. В Риге помощь с иллюстрациями оказали Улдис Нейбургс из Музея оккупации, Виестурс Зандерс из Центральной балтийской библиотеки, Гунтис Земитис из Института латвийской истории Латвийского университета, Анита Мейнарте из Латвийского национального музея, З. Циематнице из Морского музея города Риги. Эта книга была бы хуже без их помощи. Наконец, хотелось бы выразить особенную признательность моим редакторам из Кембридж Юниверсити Пресс Майклу Уотсону, Хелен Уотерхаус и Хлое Хауэлл за общее руководство и особенно за терпение на протяжении нескольких лет, пока книга обретала свой облик.

Андрейс Плаканс
Эймс, штат Айова

Примечания

* Оценка событий 1940 г.и последующего периода является предметом дискуссий в научной литературе и публицистике. Об этом см. подробнее: Симонян Р. Х. Оккупационная доктрина в странах Балтии: содержательный и правовой аспекты // Государство и право. 2011. № 11. С. 106–114 и след. Что касается официальной позиции России по этому вопросу, то она была четко сформулирована МИД РФ еще 4 мая 2005 г.: «И ввод дополнительных частей Красной Армии, и присоединение прибалтийских государств к Советскому Союзу не вступали в противоречие с нормами действовавшего в то время международного права. […] Для правовой оценки ситуации, сложившейся в Прибалтике в конце 30-х годов прошлого века, термин „оккупация“ не может быть использован, поскольку между СССР и прибалтийскими государствами не было состояния войны и вообще не велось военных действий, а ввод войск осуществлялся на договорной основе и с ясно выраженного согласия существовавших в этих республиках тогдашних властей — как бы к ним не относиться». — Здесь и далее примечания редактора русского издания.

** Об этом см. Послесловие издателя, с. 464–465 наст. изд.

*** На английском языке книга была опубликована издательством Кембриджского университета в серии «Кембриджские краткие истории» (Cambridge Concise Histories).