Кто такие российские демократы? — Россия на рубеже веков. Работы по политологии и российской политике

Написано в декабре 1992 г. для газеты «Чжунго шибао».

Декабрь всегда был судьбоносным месяцем для Советской империи. 30 декабря 1922 г. в Москве был официально образован Союз Советских Социалистических Республик. 27 декабря 1978 г. советские войска вошли в Афганистан и началась жестокая война, ставшая одной из главных причин падения коммунистического режима. В ноябре и декабре 1989 г. антикоммунистическая революция покончила с советским господством в Восточной Европе, и, наконец, 25 декабря 1991 г. первый и последний президент СССР М. С. Горбачев объявил об отставке и Советский Союз официально прекратил существование.

Теперь народ великой империи живет без СССР. Стала ли жизнь от этого лучше? Есть известный анекдот — председатель колхоза объявляет на отчетном собрании: «У меня для вас есть две новости, плохая и хорошая. Плохая новость — в будущем году нам будет нечего есть, кроме навоза. Хорошая новость — навоза у нас много».

Хорошая новость в нашем 1992 г. та, что у нас по-прежнему есть свобода, которой мы обязаны главным образом М. С. Горбачеву. В российской истории никогда еще не было такого долгого периода, когда бы россияне могли свободно выражать свое мнение. У нас нет цензуры, россияне могут ездить за границу и обратно, и никого не судят за убеждения. Еще более важно то, что эта свобода институционализирована в рамках далеко не идеальной, но относительно стабильной властной структуры с тремя работающими ветвями власти: президент, парламент и Конституционный суд.

Но есть и плохая новость: эта свобода досталась отнюдь не всем жителям бывшего Советского Союза. В некоторых новых государствах, таких как Узбекистан и Туркменистан, возникли гораздо более репрессивные, чем социализм в последние годы своего существования, режимы. Руководители некоторых государств, народы которых притеснялись при социализме, начали притеснять собственные меньшинства, как, например, притесняются русские меньшинства в Эстонии и Латвии; а кое-где даже начались этнические войны. Экономические реформы в большинстве бывших республик СССР либо вообще не начинались, либо провалились. Даже в России, где у власти целый год находилось правительство реформаторов во главе с 36-летним Е. Т. Гайдаром, экономика близка к коллапсу.

Правительство Е. Т. Гайдара было сформировано в январе 1991 г. со специальной задачей реформирования российской экономики. Е. Т. Гайдар и его команда молодых реформаторов провели ряд решительных мер, наиболее фундаментальной из которых была либерализация цен. Либерализация привела к неконтролируемому росту цен, в то время как приватизация уже сильно запаздывает. В результате государственные монополии смогли увеличить свои доходы, подняв цены и сократив производство.

Одной из главных целей Е. Т. Гайдара была ликвидация бюджетного дефицита, для чего правительство резко сократило кредиты предприятиям. Последующее падение объемов производства было катастрофическим; целые отрасли промышленности грозят остановиться. Более того, бюджетный дефицит в результате не только не был устранен, а наоборот, остается совершенно неподконтрольным.

В социальном смысле такая политика привела к резкому снижению жизненного уровня российского населения. Цены на такие товары первой необходимости, как хлеб, молочные продукты и овощи, поднялись в 100–150 раз, что поставило более уязвимые слои населения на грань нищеты.

Так стал ли распад СССР победой народа? Он, конечно, был неизбежен, но способ проведения реформ оказался не самым лучшим. Большинство западных наблюдателей склонны к упрощенному рассмотрению политических конфликтов в бывшем СССР. Многие из них основным конфликтом считают борьбу между коммунистами-консерваторами и реформаторами-демократами. Но все гораздо сложнее.

Возьмем, например, Россию. Россия почти не обладает традициями демократической политики, и такие западные термины, как либерализм, демократия, консерватизм и патриотизм, понимаются здесь совсем по-другому. В российской политике по-прежнему доминируют кланы. Эти кланы — не семейно-территориальные группировки восточного типа; они объединяются вокруг сильных бюрократических институтов, таких как президентская администрация, Верховный Совет, правительство и т. д. И за власть ведут борьбу российские демократы, центристы и патриоты в качестве представителей различных кланов. Так называемых «радикальных демократов» можно назвать кланом президента. В более широком смысле это прозападный клан. Его главная идея в том, что западная система представляет собой идеальное «капиталистическое» или «антикоммунистическое» общество, описанное в коммунистических учебниках, и что быстрое построение такого же общества в России приведет к немедленному процветанию. Но название «демократы» не означает, что эти люди собираются использовать демократические методы для достижения своей цели. На самом деле многие российские радикальные демократы полагают, что любые методы достижения быстрого экономического роста приемлемы, и в их среде очень популярны такие фигуры, как генерал А. Пиночет или бывший корейский диктатор Пак Чжон Хи. Похожие на драки в тайваньском парламенте столкновения на сессии Съезда народных депутатов (российского суперпарламента), зачинщиками которых часто бывают демократы, показывают, что по образу мышления последние стоят ближе к Европе XVII и XVIII вв., чем к современным либеральным идеям.

Клан спикера парламента Р. И. Хасбулатова будет критиковать любое правительство, а не только правительство Е. Т. Гайдара, лишь для того, чтобы оправдать перед избирателями свое существование. Эта критика не имеет никакого отношения к коммунистическим идеям многих депутатов. Парламент был избран на пике антикоммунистической волны, почти одновременно с самим Б. Н. Ельциным, и трудно себе представить более коммунистическое происхождение, чем у самого Б. Н. Ельцина или у его советников, многие из которых являются бывшими партийными функционерами. Первоначально Съезд народных депутатов поддерживал Б. Н. Ельцина и даже избрал его своим председателем, но начал критиковать сразу, как только Б. Н. Ельцин покинул парламент и стал президентом. Таким образом, борьба за власть в России идет не между демократами и консерваторами, а между двумя сильнейшими институтами и двумя главными бюрократами.

Конечно, в парламенте есть и настоящие коммунисты, и радикальные националисты, но они не представляют собой серьезной силы и намного менее популярны в России, чем, скажем, Ле Пен во Франции или неофашисты в Германии.

Недопонимание на Западе российской политической жизни приводит к тому, что Запад близоруко оказывает существенную поддержку так называемым демократам, президенту Б. Н. Ельцину и его политике. Полная победа лидера одного из кланов может привести Россию к катастрофе и, возможно, к гражданской войне. России в действительности необходимо поддержание надежного баланса между различными кланами до тех пор, пока не возникнет истинная демократическая система на основе многопартийной политики. Для Запада было бы разумнее вкладывать деньги не в какую-либо личность или клан, а в развитие цивилизованных форм политики, искусства достижения целей убеждением, а не силой, искусства компромисса. Только развиваясь в этом направлении, Россия в обозримом будущем сможет стать демократическим и стабильным соседом западных стран.