Говард Зинн — редкая птица. Классик американского исторического ревизионизма. Ну, собственно, не только американского: исторический ревизионизм всегда и во всем мире одинаков и сводится к тому, что Власти, Темные силы, Мировая Закулиса и пр. и пр. скрывают от народа истинную правду. Правда, конечно, у всех своя.
Для Зинна и его последователей история сводится к летописи великой борьбы между угнетателями и угнетаемыми, причем угнетаемые всегда правы, ибо страдают, а угнетатели всегда воплощают собой мировое зло. Вот и история США сводится к геноциду индейцев, рабовладению, угнетению фермеров и женщин, страданиям рабочего класса под игом капитализма — и, соответственно, к героической борьбе притесняемых меньшинств… В общем, последнее слово левацкой, мультикультурной и антиимпериалистической историографии. Впервые книга вышла в свет в 1980 году. С тех пор рамки мультикультурализма и политкорректности расширились, а потому в последнем издании читатель найдет страницы борьбы за свои права гомосексуалистов и нелегальных иммигрантов…
Метод Зинна чрезвычайно прост: в огромный том включены все сколько-нибудь заметные эпизоды насилия и преступлений власть имущих и все заметные протесты и буты. В итоге марш гомосексуалистов на Манхэттене 1994 года, забастовка прачек в Трое в 1869-м и, скажем, бомбардировки Дрездена и Токио оказываются явлениями одного порядка. Вообще, позицию Зинна вполне характеризует его отношение ко Второй мировой войне: «Гитлеровская Германия насаждала тоталитаризм, расизм, милитаризм и использовала крайне агрессивные методы ведения военных действий… Но представляли ли собой участвовавшие во Второй мировой войне государства: Англия, Соединенные Штаты и Советский Союз — нечто существенно другое, позволявшее ожидать, что в случае их победы будет нанесен удар по империализму, расизму, тоталитаризму и милитаризму?» Соответственно, истинными героями этой войны становятся отказники. Зинн с сожалением, смешанным с гордостью, пишет. «Из 10 млн. призывников Второй мировой войны лишь 43 тыс. отказались взять в руки оружие… Из каждых шести заключенных федеральных тюрем один человек был отказником по убеждению».
Полемизировать с его книгой, как и с любым собранием фактов, трудно: факты имели место. Главная претензия к Зинну, однако, состоит в том, что история его вовсе не «народная». Народ здесь — объект манипуляций, а вовсе не субъект ее, истинные чувства и ценности простых американцев автора нисколько не волнуют. Внимания заслуживают лишь те, кого угнетают, точнее, те из них, кто осмеливается бунтовать. И вот гнусные испанцы уничтожают робких и беззащитных индейцев, потом гонимые белые поселенцы теснят все тех же индейцев, потом американцы угнетают забитых мексиканцев, потомков тех самых испанцев, а завоевавшие свои права белые рабочие травят несчастных чернокожих и латиносов, а потом все вместе — геев и лесбиянок… Как это при таком раскладе США умудрились выбиться в сверхдержавы?
