Издательство «Весь мир», выпускающее на протяжении последних нескольких лет серию «Национальная история», последние две книги выпустило под характерными названиями – «История сербов» и «История аргентинцев» (а не «История Сербии» или «История Аргентины» – как это было с предыдущими книгами). Последняя вышла как раз в конце предыдущего года и стоит особого рассмотрения.
Но прежде скажем несколько слов об издательском замысле. Его цель – познакомить российского читателя с национальными историями разных стран (до Аргентины – сугубо европейскими), написанными исследователями соответствующих государств. Задача эта чрезвычайно важна и интересна. Читая любую из этих книг, даже не самую удачную, зримо чувствуешь, насколько отличается зарубежный подход от российского – и дело даже не в постмарксистской парадигме большинства наших историков, а в неуловимых особенностях, отделяющих чужака от «своего».
Иностранец, даже самый въедливый, никогда не пропитается национальным духом, для него всегда будут неразличимы и незначимы тонкости, усваиваемые, что называется, с молоком матери. Особенно это касается российских историков, увы, все еще соответствующих en masse, пушкинскому определению «ленивых и нелюбопытных», да еще и зараженных диаматом и истматом, как ни пытайся выводить их следы. Грубо говоря, история Франции, написанная посредственным историком-французом, куда больше даст представления о стране, чем самый блестящий труд россиянина. Это подобно чтению стихов в оригинале и в переводе. По крайней мере я до сих еще не встречал свидетельств обратного. Исключением выступает разве что «Народная история США» Говарда Зинна, по какому-то недоразумению попавшая в эту серию издательства.
«Краткая история аргентинцев» Феликса Луна – прекрасный пример данного обобщения. Автор – не какой-то академический сухарь, и он сам отмечает в предисловии свой «неформальный тон». Луна сознательно писал популярно (он помимо исторических работ – автор стихов, очерков, эссе). Но в его книге всплывает буквально на каждой странице столько подробностей и фактов, которые бы никогда не попали на страницы пособия, созданного не в Аргентине. Иностранному автору трудно было бы найти столь уместный в данном случае личный тон, с которым Луна характеризует основных лидеров Аргентины XX века – Иполита Иригойена, Хосе Феликса Урибуру, Хуана Доминго Перона и прочих. Стараясь писать о них без гнева и пристрастия, он тем не менее вкладывает в портрет каждого субъективные краски, словно повествует о своем родственнике, хорошо известном читателю.
В отличие от ряда авторов серии, увлеченных либо марксизмом, либо каким-нибудь постструктурализмом и словно задавшихся целью изгнать личность из истории, Луна увлекательно сплетает повествование исходя именно из личностного фактора. Президенты, диктаторы, генералы, революционеры сменяют один другого, и мы уже не путаемся в бесконечной череде аргентинских политиков, поскольку они теперь зримо воплощены и не похожи один на другого.
Не забывает наш автор и о социально-экономической и культурной жизни страны, показывая – как менялась Аргентина от десятилетия к десятилетию, подбираясь теперь уже к двухсотлетию своей независимости. И все это Луна рассказывает изящным стилем, заставляющим вспоминать о его земляке Борхесе, без излишнего занудства и потуг на академизм или объективизм, которые были бы лишь способом убить живой интерес.
«Краткая история аргентинцев» не вносит каких-то открытий, не побуждает спорить или не соглашаться с ней. Она – увлекательное и насыщенное пособие, если угодно – полный справочник по истории страны. Такую книгу хорошо иметь на своей полке, если время от времени обращаешься к аргентинской проблематике. Феликс Луна, к счастью, не правый и не левый, не консерватор и не революционер. Он предлагает нам самый что ни на есть центристский взгляд, где есть немало места для произвольного толкования читателем, которому автор не навязывает своей точки зрения, а лишь пробует с ней ознакомить. Луна сглаживает углы и пытается понять и объяснить, не подгоняя фактов под теорию. Его книга – усредненность в лучшем смысле слова. И если даже на русский в ближайшие годы будут переведены еще пособия по аргентинской истории, она не затеряется на их фоне.
