От хвалебной песни Энценсбергера европейскому многообразию — «Ах, Европа!» — сегодня остается разве что вздох. Дискуссия с министром иностранных дел Франком Вальтером Штайнмайером вновь дала повод задуматься о будущем Европы и воспротивиться самообману: ведь многие считают, будто после лиссабонского апогея грозящий распад Европейского союза удалось предотвратить только благодаря слишком известным властным играм национальных правительств. Эти правительства до сих пор определяли курс европейского объединения, но теперь как будто бы не знают, что делать дальше. Возможно, им придется передать заботу о дальнейшей судьбе Европы своему населению. В остальном я выступаю за «биполярную» общность Запада.
Главную тему сборника я дополняю, с одной стороны, созданными по тому или иному поводу «философско-политическими профилями», а с другой — двумя текстами о роли политической публичности. Особенно близок мне последний доклад. В нем речь идет о структурирующем влиянии, которое нормативная теория публичности может оказать на замыслы эмпирических исследований. Профессиональные журналы редко берутся за эту тему, так как социальные науки и философия отошли друг от друга дальше, чем могли себе представить отцы критической теории.
Юрген Хабермас
Штарнберг,
ноябрь 2007
